Йогини-тантра

Глава восьмая

Благословенная Богиня сказала:

Из твоих уст-лотосов я выслушала [предписанья] садханы целиком,

Совершаемой богами, данавами, гандхарвами, сиддхами и чаранами, (1)

Сосредоточии высшего блаженства, дарующей всю полноту радости и вибхути,

Высшего предела, высшей добродетели, лучшему из того, что очищает. (2)

Нынче же сказ о рожденье йогини, что трудно услышать в тройственной вселенной,

Поведай, от которого лишь блаженство возрастает, о Великий бог! (3)

Владыка сказал:

Забыто все, что прежде случилось с нами обоими, о Благая,

Безгранично таинственное и наводящее ужас на богов и асур. (4)

Древнее, сокровенное, сущность сути, выше высшего,

Слушай, я возглашу [это сказанье], о чаровница, вкратце, о Возлюбленная Шивы. (5)

Его следует оберегать, о дорогая, словно собственное лоно от постороннего мужчины. (6)

Когда настал конец света, и исчезли все существа,

И наличествовали только пять великих сутей, начиная с земли, о Благая, (7)

Кроме тебя и меня, о Махешани, не было ни души в тройственной вселенной.

В это время тебя я улыбаясь попросил: (8)

«Иль я большей мощью [обладаю], иль ты, о Махешвари.

Нынче, о Высшая владычица, в этой вселенной (9)

Нет места, чтоб [нам] находится, где, о Бхавини, мне пребывать?

Погибло все, что сотворил я. (10)

Решил я, о Богиня, создать мир, наполненный круговертью перевоплощений.

Нынче обустрой обитель для пребыванья [нашего], о Махешвари!» (11)

Услышав это, о Богиня, с очами, покрасневшими от гнева,

Ты молвила мне грубое слово, свирепая и злая: (12)

«Все, чтоб не сотворил ты, о Боже, то с опорою на меня всегда.

Без меня, о Махадева, ты, несомненно, обращаешься во труп. (13)

В соединении с тобой, о Махешана, мной все это распростерто

И обустроено, а ты словно дитя, на что способен? (14)

Войдя в состояние причины, я всегда пребываю в образе творца,

Но нет ничего, чтоб я, непреходящая, была б обязана свершать. (15)

Войдя в состояние следствия, я как пракрити предстаю всегда,

И тогда являются Брахма и все прочие боги. (16)

Из моей майи соткана вся эта вселенная с движущимся и неподвижным, Боже,

Майя – источник дробления и сокрытия, о Высший владыка!» (17)

Выслушав эти твои слова, резкие и разящие, как ваджра,

Я в ответ тебе не промолвил ни слова, Богиня, но остался неподвижен. (18)

Измученный, о Богиня, скорбью, рожденной в сердце,

Сосредоточенно раздумывая о средстве наказать тебя, (19)

Отправился я, о прекрасноликая, на западную сторону вселенной.

Придя туда, о Великая богиня, в безлюдном месте свирепого (20)

Дайтью [я создал] из пепла со своего тела, которого прежде никто не видел и не слышал,

Необычайно грозного и удивительного Индру средь данав, зовущегося Гхора, (21)

Шириною в кроры йоджан и высотою в тридцать два лакха йоджан,

Вызывающего ужас, с мириадами рук и блистающего мириадами очей, (22)

С пятьюдесятью лакхами лиц, покрытого рядами огней.

Наделив его великими сиддхи, начиная со способности быть

бесконечно малым, о Махешвари, (23)

Во всех отношениях сделав его, свирепого, подобным мне,

С радостным сердцем, о Богиня, я возвратился в присутствие твое. (24)

А тот Индра средь данавов остался и выпил океан,

Двумя глотками установив горы Вела и Сувела. (25)

Тогда, зная мой настрой, ты обратила ко мне речь:

«Нынче во вселенной существ не стало. (26)

Дай повеленье мне, о Махадева, все вижу я, о Шива!»

Тогда смеясь в душе и распаляя в тебе желанье, (27)

Тебе я молвил: «О дорогая, на западную сторону приходи

И ни в какое другое место, о Владычица богов, видя, что я на запад удалился. (28)

Там, где нравы женщин, о Владычица богов, низки бывают,

То место великая вера покидает». (29)

Ведая слова запрета, произнесенные мною, о Благая,

Намеренно и в соответствии со своей природой, (30)

Ты не отправилась в другое место, о Владычица богов, а осталась в присутствии моём,

В великой обители, в глухом лесу, где [живет] Кедаракешвара. (31)

Наведавшись туда, Великая богиня, очаровывающая мир,

Пронзила тысячами стрел Камы Индру средь царей дайтьев. (32)

Тогда, встав, Индра дайтьев, сбитый с толку стрелами Камы,

Вытянул все свои руки и молвил любезные речи. (33)

 

Храм Кедарнатх в Хаджо

Гхора сказал:

На мою грудь приди, стань владычицей вселенной,

Спаси меня, тонущего в океане страсти, свое тело подарив! (34)

И мига без тебя я не могу прожить,

Обняв меня как мужа, о красавица, не дай мне умереть! (35)

Такие сладостные речи он снова и снова говорил тебе,

И тогда ты ответила ему кокетливо и ясно улыбаясь: (36)

«Ты Индра среди всех дайтьев, вкушающий все [услады], ты осиливший множество богов,

Ты доблестный, несущий всем погибель, тебя в мужья я изберу,

если исполнишь [то, что я скажу]. (37)

Слушай же о случившемся со мной, из-за чего мне нет покоя.

Прежде мною было дано обещанье, его соблюди, если меня взять (38)

Желаешь в жены, о властитель дайтьев. Кто меня одолеет в битве,

Тот и будет моим мужем, и никто иной, поэтому вступи же [со мною] в бой! (39)

Владыка сказал:

Тебя, молвящую такие речи, о Богиня, он, охваченный яростью безмерной,

Стал осыпать громкой бранью, напоминающей грохот туч во время светопреставленья. (40)

Затем поднялся Гхора-дайтья, выказывающий пренебреженье к Каларудре,

И выступил, чтоб всю вселенную разрушить. (41)

С огромной скоростью двигался данавов владыка,

Тем не менее тебя схватить он был не в силах. (42)

В гневе ударами рук он горы обращал во прах,

А от толчков ног они погружались в воды океана. (43)

От его движенья поднялась ужасная волна,

Двигавшаяся вверх и вниз и затопившая мир вплоть до преисподней. (44)

Вселенную наполняя, беспрерывно он бродил,

Тебя схватить желая, о Махамайя, но был не в состоянье [сделать это]. (45)

Перед собой бык средь дайтьев видел лишь тебя,

И невозможно описать сраженье, что случилось между вами. (46)

Какое [оружье] он не метал б в тебя, то все обращалось во прах, о Благая,

От пыла твоего, о Махешани, и тогда ярость ослепила (47)

Дайтью Гхору, грозного своею мощью.

Слушай же, о Владычица богов, о чудесных и блистательных событьях битвы. (48)

От воды, попавшей в нижний мир, поднялась водяная пыль,

И так, начавшись в один день, битва продолжалась мириады лет. (49)

Тогда, во время битвы терзаемый страхом, о Махешани,

Я, прибегнув к волшебству и очень тонкий облик

Приняв, о Высшая владычица, в тебя вошел. (50)

Оказавшись не в силах никак тебя схватить, царь дайтьев

Подумал о том, чтоб лишить тебя жизни различными путями. (51)

«Потирая руками свое тело и увеличив его в размерах,

В нижнем мире я умерщвлю тебя, злодейку». (52)

С такою мыслью увеличив в размерах тело

И наполнив им мирозданье, Гхора ликовал. (53)

Тогда тебе промолвил дайтья: «Сраженной, куда тебе деваться?»

Ты же, оглядев дайтью, наполнившего мир, (54)

Ему сказала: «О Гхора-дайтья, постой, постой, о глупый!

Каким же образом ты возрос? Тебя с радостью лишу я жизни! (55)

Нынче ты не ведаешь, кто я, о злодей великий.

От меня творенье происходит, и во мне растворяется оно, (56)

И я оберегаю сотканный из моей майи мир.

Кроме меня, нет ничего иного, я есмь непреходящий Брахман. (57)

Слушай, о лучший средь глупцов, наше высшее достославное благо

Иль в образе грешника, о дайтья, иль в образе ученого человека (58)

Кто как меня почитает, так я его исполняю желанья.

Слиянье с Высшим духом, великий, непревзойденный плод дарую я. (59)

Ты долгое время почитал меня, без сомненья, о дайтья,

Не думая ни о чем другом, и поэтому исполнено желание мое. (60)

Ты – Шива, здесь сомненья нет, ради меня твоё старанье.

Нынче узри мой образ, блаженство Брахмана, высшее положенье. (61)

Пусть явится то, что никто и никогда не видел прежде.

Созерцая, о господин, этот непревзойденный благой образ, (62)

Знай, что этот образ, заключающий безмерную мощь, есть образ Кали,

И у Брахмана нет более высокого проявленья». (63)

Такие слова молвила ты, о Богиня Бхавани, избавляющая от мирского бытия,

И этот высший образ созерцал я, восклицая: «Кали!» (64)

Неоднократно, о Высшая владычица, ты в Калику обращалась,

С телом черного цвета, чрезвычайно грозную, стоящую на Махакале, (65)

Украшенную гирляндой из черепов, великолепную,

с распущенными волосами, с лицом, осиянным улыбкой,

Двигающую пугающим языком цвета крови, блистающую тремя очами, (66)

Расцвеченную шестнадцатой долей, венчанную сверкающей диадемой,

Окруженную тысячами мириадов шакалиц, рожденными из ореола блеска, (67)

Громко, воющими со всех четырех сторон, наделенными грозной мощью.

Из множества лучей произошли йогини, мириады и мириады, (68)

Они были повсюду, носящие свирепое обличье и жаждущие яростной битвы.

В каждой волосяной поре [Кали] блистал мир, имеющий каждый свое Солнце,

Возникший из яйца Брахмы, и таких миров были мириады мириадов. (69)

Узрев Калику в таком обличье, владыка данавов лишился чувств

От радости при виде округлого лица Великой Кали. (70)

Тотчас же предводитель данавов знание Брахмана обрёл,

И его, безупречного почитателя своего, [наделенного] знаньем,

Калика играючи потащила языком по полю брани. (71)

Матерь Кали, жуя [Гхору] вместе со вселенной,

Его умертвила, а затем устроила великий праздник с громкой музыкой

И небо заполнила флагами из многочисленных машин огромных. (72)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать четыре тысячи стихов, заканчивается восьмая глава.

Глава девятая

Владыка сказал:

При виде этого великого чуда с душою, наполненной страхом,

Отправился я тотчас же по дороге превосходной. (1)

Идя по пути сушумна, о Богиня,

И что узнал я, то невозможно описать. (2)

Подобную всечудесную [картину], о Богиня, никто не увидел и о подобной никто не слышал прежде.

Чрезвычайно огромные миры, мириады и мириады, (3)

Двигаются постоянно, о Богиня, кто будет их в силах сосчитать?

С мириадами мириадов лиц, с мириадами мириадов рук (4)

Носящие различное обличье Брахма, Вишну и Шива,

Обладающие огромной властью, обитают в каждом из миров. (5)

Лицезрея эту всечудесную [картину] и пребывая в благостном настроенье, о Богиня,

Я забыл обо всем, «кто я?», – терзаясь мыслью. (6)

Кто я, и куда явился, и по какой причине где-то спрашиваю это,

На эти многообразные [вопросы ответов] я не помнил. (7)

Уж запамятовал я, как бродил по различным местам,

И затем, по окончании мириадов лет, сердце-лотоса твоего достиг. (8)

Придя туда, я узрел величайшее чудо,

И обо всем, о Высшая владычица, поведать невозможно. (9)

Здесь были [все] священные книги, исполненные ясного смысла

и являющиеся причиной счастья и освобожденья.

Агамы – Высшая душа, веды – воплощенная душа, даршаны – органы чувств, (10)

Пураны – тело, его части – смрити и обеты,

А все шастры, о прекрасноокая, волоски на теле. (11)

Меж ведами и агамами нет различий, как и меж воплощенными душами двумя.

У сердца-лотоса в начале, в середине и в конце лепестков (12)

Я увидел ряд букв, испускающий яркое сиянье,

Фонетику, ритуал, грамматику, этимологию и просодию (13)

И все прочие науки, сколь малыми они бы не являлись,

Все, обозрев, постиг я изреченное тобою. (14)

Затем узрел я, о Богиня, сердцевину лотоса,

Блистающую мириадами солнц и лун, (15)

Украшенную мириадами светозарных дисков великого огня.

И посредине нее узрел я сверкающее множество букв, (16)

Блистающее, как мириады солнц, приносящее прохладу, как мириады лун,

Обжигающее, словно огней мириады, высшее, имеющее Брахмана природу, (17)

Наполненное всем знанием, о Богиня, и всеми чудесами,

Содержащее все жертвоприношения и тиртхи, (18)

Включающее все добродетели и дхармы,

Объемлющее знание Брахмана и его блаженство, (19)

Мерило всех священных книг, начиная с вед, о Махешвари,

Мерило всех существ, высшее Брахмана сиянье, (20)

Чуждое всех заблуждений, рассеивающее все заблужденья,

Исполненное всего блаженства и Брахмана блаженства, (21)

Имеющее природу полного блаженства, в Брахмане высочайшее успокоенье,

Сотканное из всех заблуждений и всех познаний, (22)

Вмещающее все подвиги и сиддхи,

Являющееся сутью всего освобожденья, охватывающее всех богов, (23)

Все миры и наслажденья,

Все науки и все йоги. (24)

При виде агам словно ночь посредине океана слепого неведения

Прошла, и я наблюдал лучезарный восход Солнца. (25)

Все [священные книги] я изучил милостью Великой Кали

В один миг, и нет сомненья в этом. (26)

Затем, оказавшись на множестве тычинок, я узрел

Состоящие из набора букв, блистающие светом Солнца, (27)

Ньяю, мимансу, санкхью, учение Патанджали

И вайшешику, и как прежде, я их постиг тотчас же. (28)

А после, увидев ряд букв на конце сердцевины,

Сияющий, как сотня солнц, во всех [существах] рождающий восторг, (29)

Науку долголетия и науку врачевания – обе я постиг.

Внутри этой коробочки я заметил ряд прекрасных букв, (30)

Сверкающий, словно тысяча солнц, светлого цвета, лучезарный,

И тогда смрити, итихасы и пураны, о Владычица, (31)

Я изучил в одно мгновенье, и нет сомненья в этом,

Тем не менее я не очистился от заблужденья. (32)

Еще внутри узрел я блистающее как мириады солнц

Знание Брахмана, о Богиня, окруженное брахманическим пылом (33)

И называющееся ведантой, [заключенное] в лучезарном наборе букв.

Тотчас же я постиг ее, ослепленный её величьем. (34)

Еще внутри узрел я другой набор букв,

Блистающий, как мириады солнц, приносящий прохладу, как мириады лун, (35)

Включающий всю полноту знания, о Богиня, и тиртхи,

Содержащий все жертвоприношенья и все дхармы, (36)

Мерило всех существ и всех священных книг, о Махешвари,

Четыре веды: Сама, Атхарва, Риг и Яджур, (37)

Все это я постиг тотчас же, и нет сомненья в этом,

Однако удовлетворенье ко мне не приходило. (38)

А затем всем знанием, всей благостью и всеми сиддхи я был наполнен. (39)

Тогда почитаемую теми [ведами], о Богиня, тебя, вечную Кали,

Танцующую в окружении шакалиц и йогини, имеющую Брахмана природу, (40)

Узрел я пред собою, [твое] округлое лицо.

Затем, взмыв вверх, на [лотосе] с двумя лепестками я оказался, (41)

На аджна-чакре меж бровей Великой Кали, о Махешвари,

И вспомнил тогда о Брахме и Вишну. (42)

Во время танца Кали с её подбородка упали

Две капли пота, о Махешвари, и из них родились исполненные достоинств (43)

Брахма и Вишну, дрожащие от страха.

Затем они спрятались в ноздрях (44)

У Кали, Творец – в пингале, о Махешвари,

А Вишну – в иде. Оказавшись там, они, благие, (45)

Были сильно посрамлены при виде чудес многообразных,

И рыдали беспрерывно, о Богиня, разве забыто это будет? (46)

Издавая плач, туда и сюда бегали

Те владыки, о Махешани, палимые великим горем. (47)

Зная, о Махешани, что обитель Вишну на востоке,

Я дал ему ведущее к благу в мудрости наставленье. (48)

И он тотчас же мне равным стал касаемо лишь левой стороны.

Ему в одних словах я передал все священные книги за исключеньем агам, (49)

И возликовал Восседающий на Гаруде, Махавишну.

Взяв его с собой, отправился я, о Парамешвари, к Брахме. (50)

Придя туда, ему я дал удивительнейшее наставленье.

Ученость обрел немедля Прародитель, о Великая богиня, (51)

И стал мне равным касаемо лишь правой стороны.

Тогда Творцу, о Высшая владычица, по повеленью моему

Вишну передал [знание] всех священных книг, включая веды и шастры, (52)

И возликовал отринувший страх Брахма,

Поэтому ты изначальный наставник для меня всегда. (53)

Восприняв это знание, вместе с ними обоими, о Махешвари,

Отправился я к Кали по высшей стезе. (54)

Вместе с шакалицами и йогини неистовому танцу предавалась она

На протяжении сотен мириадов божественных лет, обладающая высшей природой. (55)

Радующаяся многообразной музыке и песням, украшенная драгоценностями различных видов

И подобными Луне, Солнцу и Огню разноцветными цветами, (56)

Любящая цветы и божественные ароматы,

Воочию зримая, о Богиня, она всегда танцует в уединенном месте, (57)

Окруженная многочисленными разноцветными флагами

Размером с сотню миров, рожденных из Брахмы яйца. (58)

Затем вместе мы стали восхвалять Кали, внушающую ужас,

Со слезами на глазах, запинаясь от волненья, склонивши головы и ладони сложивши, (59)

Вначале Творец возносил хвалу с преданностью словами из шастр

На протяжении мириадов лет, о Махешани, и она, высшая, ответила ему: (60)

«Благодаря знанию всех шастр ты добродетелен, о Творец,

И почтением обладаешь, так занимайся же твореньем мира!» (61)

Получивший такое повеленье от неё, Творец свой замысел исполнил.

После этого Махавишну гимнами из вед славил [Богиню], о Шамбхави, (62)

В течение десятков мириадов лет, и к нему обратилась со словом Благая:

«Ты знаток вед, о Махавишну, ты мой почитатель, вместилище достоинств,

Ты ведаешь дхарму, так стань же хранителем творенья!» (63)

Получив такое повеленье, был доволен [Вишну], благодетель мира.

И наконец, я высшую, непреходящую Кали, [являющуюся] Брахманом вечным, (64)

Величал с великой преданностью [гимнами из] агам, о Махешвари,

Двадцать кроров лет, и мне она молвила такое слово. (65)

Кали сказала:

Тебе ведомы агамы, о многомудрый, ты чужд заблуждений, о Садашива,

Ты исполненный достоинств великий йог, так стань же разрушителем творенья! (66)

Получив такое повеление, я снова её славословил

Пять кроров божественных лет, и мне она рекла: (67)

«Восхваляемая в агамах, тобой довольна я, о Садашива,

Молви, что просишь, о Махадева, то я тебе дарую, и нет сомненья в этом». (68)

Владыка сказал:

Да буду я всегда у твоих стоп-лотосов, о Матерь! (69)

Благословенная Кали сказала:

Рожденный из утробы буйволицы от семени твоего

Асура, носящий имя Махиши, со мной в бою сойдется,

И этот поединок будет одной мириадной от битвы,

Что я с асурой Гхорой вела.

Обретя состояние, асуры, ты затеешь великое сраженье. (70–71)

Тебя я лишу жизни, приняв обличье Бхадракали,

И помещу под большой палец левой стопы-лотоса грудь твою. (72)

Нынче же, о Махадева, под моими стопами всегда

Ты пребывай в образе трупа, стань сидением моим! (73)

Получив такое повеленье, я к стопам Великой богини припал,

Словно палка, смиренно на сто тысяч лет. (74)

А затем оттуда исчезла Кали, имеющая природу сознания, являющаяся Брахманом целокупным,

Итак, сказ о рожденье йогини в подробностях тебе поведан,

Следует в тайне усердно хранить его, лучшую садхану для всех [существ]. (75)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать четыре тысячи стихов, заканчивается девятая глава.

Глава десятая

Владыка сказал:

Когда я встал, то снова Богиню не увидел

И, палимый тяжким горем, погрузился в скорби океан. (1)

«О Матерь, твое лицо-лотос посрамляет мириады лун и солнц,

У твоих стоп океан состраданья (2)

Распростерт, [твой] непревзойденный образ – очарованье Великой Майи.

Блеск твоих ногтей-лотосов несет достославное благо, (3)

Мириады мириадов лун затмевающий диск твоего лица,

О Матерь, куда исчез этот чудесный? (4)

О Матерь, этот образ вечный, имеющий природу бытия, сознанья и блаженства,

В облике нашей матери мы не видим снова. (5)

Словно дети, оставшиеся без матери и без отца, блуждаем

Все мы, рыдая вновь и вновь и [тебя] зовя». (6)

О Богиня, в таких многообразных причитаньях, о Парамешвари,

О лотосоокая, мы провели пятьсот тысяч лет, (7)

Снова поднимаясь и рыдая очень громко:

«О Матерь, Матерь, куда ушла ты и что будет с нами? (8)

Как, породив нас, ты ввергла в пучину бедствий?

Разве нет жалости у тебя, о Матерь, к [нам], своим несчастным детям? (9)

Если ты нас не защитишь, кто нас обережет?

Без тебя нет матери у нас и нет отца. (10)

Тебя не видя, мы лишимся жизни, правда это, несомненно,

Как будет жить ребенок без матери и без отца, (11)

Да будет тебе самой ведомо, Матерь.

О Мать! Сама ты желаний лишена, к нам же сострадание яви!»

И тогда молвила Йогини речь, амриту проливая. (12)

Благословенная Кали сказала:

Да не терзает страх вас, о Брахма, Вишну, Махешвара!

Я всегда пребываю, о боги, вечной и постоянной меня зовут. (13)

Я имею природу бытия-сознания-блаженства, я Брахман светозарный.

Никогда мне гибель не грозит, живите, не ведая сомнений! (14)

Тот несравненный образ мой, который вы лицезрели прежде,

Тот чистый образ созерцайте и повторяйте мою мантру, (15)

И вы обретете сияющее благо.

Теперь, о Шива и Вишну, в теле Брахмы находитесь. (16)

О Махеша и Девеша, войдя в тело Брахмы,

Это творение произведите, включающее Действие и Знанье! (17)

Владыка сказал:

Молвив такие слова, Махакали нам, о Шамбхави, даровала

Шакти Знания, Желания и Действия, позволяющие достичь цели во всех делах. (18)

[Шакти] Желания Вишну была вручена, шакти Действия – Брахме

И шакти Знания мне, объемлющая природу всех шакти. (19)

Слушай же, о Высшая владычица, что рекла Махакали:

«Я вхожу в вас [частями], но в Шанкару – в образе полном, (20)

Он – бог-наставник, Шива Благословенный, Высший владыка,

Он – возглашатель священных книг, а не Творец иль Хари. (21)

Я знание Вед для вас всех возвещаю, и нет сомнения в этом,

Я зачарую Брахму, Вишну и Махешвару. (22)

Владыка сказал:

Молвив такие слова, в нас вошла Махакали,

И я в тело Мадхавы вошел и в [тело] Брахмы. (23)

Тогда она зачаровала Брахму, имеющего Брахмана природу.

И он, сам знаньем обладая, ее, вечную, покинул, (24)

Прославившись под именем Сваямбху, без сомненья.

«Что делать мне?» Куда идти?» - такая мысль им овладела. (25)

Так, Творец, проведя целый год,

Вначале всенаполняющие великие воды создал. (26)

Объемлющие гуны, те воды были необъятным Причинным океаном,

И находясь там, [Брахма] породил златоцветное сосредоточенье мощи. (27)

Та мощь обратилась во множество пузырей, именуемых

«Яйцами Брахмы», которые плавали в Причинном океане. (28)

Чтобы сохранить эти «яйца Брахмы», я разделение

Произвожу постоянно, о Богиня, сам приняв обличье Рудры. (29)

С трезубцем в руках, о Великая богиня, рядом с каждой брахмандой

В облике Рудры я непрерывно пребываю, о Благая. (30)

Чтобы не происходило соединенье двух брахманд,

Так я действую всегда, находясь в Причинном океане. (31)

Так все мы, Брахма, Вишну и Махешвара,

В каждой из брахманд обосновались, и нет сомненья в этом. (32)

Затем Брахма, Создатель мира, в каждую из брахманд

Войдя одновременно в облике едином, остальные четыре сути (33)

Породил: землю, огонь, воздух и эфир.

С этими пятью сутями он произвёл творенье целиком. (34)

А после Бхагаван Вишну, по собственной воле

Из тела Брахмы изойдя, творение стал оберегать, (35)

По повеленью Брахмы, о Богиня, в каждой из брахманд

По отдельности облик мощнодланного Вишну принимая. (36)

И каждый из этих миров разрушаю вновь и вновь

Я, о Высшая владычица, в теле Брахмы прибежище нашедший. (37)

Об этом в памяти ты ничего не сохранила, о Махешвари,

Но обо всех моих деяньях ведает Источник мира. (38)

О том, как была вселенная распростерта с водой и прочими великими сутями,

Со всеми богами, о Деви, с главными и промежуточными

сторонами света, с движущимся и неподвижным, (39)

С причиной и следствием, о Богиня, а также о рождении Вишну,

Обо всем ведает Брахма, содеянном мною при помощи майи. (40)

Однако все это ложно, лишь майя Матери все это.

Те люди, которые чтут майю, в её положение идут. (41)

Будучи довольной, та Высшая майя дарует лишь освобожденье,

А будучи разгневанной, вновь в лоно помещает. (42)

У её стоп-лотосов освобожденье, покорное, прибежище нашло.

О Махешвари, если кем довольна Великая богиня, моя матерь, (43)

Махамайя, тому она, о Шанкари, освобожденье преподносит. (44)

Благословенная Богиня сказала:

Я выслушала все твоею милостью, о боже Махешвара,

Высшую истину, не слышанную, недоступную для Брахмы и иных [богов]. (45)

Теперь же я желаю услышать о том, что было названо Причинным океаном,

Какова его опора, о Махадева, скажи, (46)

И где его предел, скажи, о Властитель богов, если меня ты любишь. (47)

Владыка сказал:

Слушай, о Богиня, я раскрою тебе то, что таинственнее тайны, благое,

Что должно скрывать и беречь, недоступное для Брахмы, Вишну и иных [богов]. (48)

Великий океан это Махакала, Махешвара, о Богиня.

Ради забавы сделала имеющим природу пустоты своего супруга (49)

Кали, Матерь мира, равная Махакале,

Будучи Урдхватеджаси, опора – Махакала. (50)

Имеющей природу пустоты и черной является Урдхватеджаси.

Ты о пределе меня спрашивала, о Богиня, пределом ему лишь Брахман [служит]. (51)

Брахманический пыл имеет природу света и проявленья,

И то проявление лишено наполняемого и того, что наполняет. (52)

Немыслимое, лишенное опоры, единственное в своем роде, не имеющее промежутка

Все это, о Богиня, вселенная, наполненная майей. (53)

Ложно все, о Богиня, истинен лишь Брахман.

Итак, я тебе поведал суть сути, выше высшего, (54)

Самую сокровенную тайну, о Махешвари.

Это высшее знание, рассеивающее майю целиком, (55)

Вмещающее всю совокупность знанья, в образе великого Солнца,

Лучше, чем мириады мириадов великих даров, мириады мириадов великих епитимий, (56)

Мириады мириадов великих познаний, мириады мириадов великих обетов,

Чем купание в мириадах мириадов великих тиртх, о Госпожа. (57)

Если [человек] по происшествии многих жизней услышит когда-нибудь об этом,

То он освобожденья достигает, о Богиня, и снова не рождается в круговерти бытия. (58)

То, что было поведано тебе, как собственное лоно, береги!

И делай так, чтобы никто другой не завладел [знанием этим]. (59)

Храни, храни, храни его усердно,

Храни усердно сокровище мое. (60)

Следует передавать его лишь умиротворенному, стойкому, йогину, приверженцу кулы,

Мудрецу, о Владычица богов, а иначе ожидает ад. (61)

Поведано тебе являющееся сутью, о та, чьи очи трепещут точно трясогузки,

Знание Брахмана мной, о Богиня, и о чем еще услышать ты желаешь? (62)

В моем сердце нет ничего более высокого, чем это [знанье],

Храни ж его, о дорогая, от пашу низкородных. (63)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать четыре тысячи стихов, заканчивается десятая глава.

Глава одиннадцатая

Благословенная Богиня сказала:

О чтимый данавами, гандхарвами и владыками богов,

Восхваляемый Ганешей, Нандином, Чандрой, Владыкой, Говиндой и Творцом! (1)

О тот, чьи стопы Индры среди йогинов чтут, о Хара, наставник всего мира.

Высшей видьей зовется Кали, очищающей от грязи, (2)

Об использовании ее мантры, пудже, подготовительном обряде,

Мудре, приносимой жертве, хоме, бхаве, месте, (3)

Созерцании, гимне и каваче, прежде выслушала я.

Теперь я желаю услышать о различных местах, о Махешвара! (4)

Где обретается освобождение иль превосходные сиддхи

Скорее, о Махадева, из состраданья, о Шива, расскажи о них. (5)

Где, побывав, тотчас же человек вкушает плод своих деяний,

Оставив многообразие усилий, о Владыка высший! (6)

Владыка сказал:

Слушай, о Богиня, я поведаю о местах труднодоступных,

В которых быстро обретаешь сиддхи иль плод великого освобожденья. (7)

Лучше, чем шмашана Калики, нет ни одного другого места,

Какой бы там обряд не совершал, плод безграничный обретешь. (8)

Если, о Высшая владычица, там одна пурашчарана была проведена,

То нет равной ей, о Великая богиня, совершенной с преданностью и усильем, (9)

И непременно мантра-сиддхи свершивший обретает, и нечему здесь удивляться.

Безграничный плод дарует пуджа, повсюду, на земле или в воде, (10)

Если вирой или дивьей она была совершена, о Деви.

Если кто-либо принадлежащую шактам, вайшнавам, шайвам или иным [мантру] (11)

В Варанаси на протяжении только одного месяца, о прекрасноликая, повторяет,

Начиная с утра и до полудня, (12)

То непременно ждет его успех, правда это, о дарующая благие сиддхи,

И освобожденье, непременно, о Благая, о Владычица богов! (13)

Великий шмашана, Анандаканана, о Владычица богов,

Авимукта и Гауримукха, о Великая богиня, [таковы названья Варанаси]. (14)

Варанаси – великое святое место, имеющее природу Кали, [место это] выше высшего [пребывает].

Что мне сказать тебе, о Богиня, о любом из совершенных там обрядов? (15)

А великая пуджа в Камарупе дарует плоды всех сиддхи,

В [земле], лежащей меж горой Каньчана в Непале, местом слиянья Брахмапутры [с Лакшей], (16)

[Рекой] Каратоя и [местом, где богиня] Диккаравасини пребывает.

На севере – Каньчагири, на западе – Каратоя, (17)

На востоке – река Дикшу, где [находятся] лучшие тиртхи в Гириканьяке,

И на юге – место слиянья Брахмапутры с Лакшей –

Такие [границы] Камарупы определяются во всех священных книгах. (18)

Чтобы его сердце было спокойно в отношении уплаты трех долгов,

Пусть [человек] с великой преданностью к лону Камакхьи ступает. (19)

Если некий человек, уйдя в паломничество, держит путь к [лону Камакхьи],

То на каждом шагу он обретает плод совершенья ашвамедхи. (20)

На тридцать йоджан в ширину и на сто йоджан в длину

[Простирается] Камарупа, знай, имеющая треугольную форму. (21)

На северо-востоке – Кедара, на северо-западе – Гаджашасана,

На юге – слияние Брахмапутры и Лакши, о Богиня, (22)

Таков этот треугольник, знай, богами и асурами чтимый.

Те люди, которые там живут, суть боги, и нет сомненья в этом. (23)

Где бы не была там вода, о Деви, то все лишь тиртха.

Упавитхи, витхи, упапитха и питха, (24)

Сиддхапитха, Махапитха, Брахмапитха,

Вишнупитха и Рудрапитха, о Великая богиня – (25)

Эти места известны как «девять лон», расположенные кругом [от лона Камакхьи].

Несказанный плод приносит великая пуджа, [совершаемая] в них. (26)

В два раза большая заслуга, о дорогая, определена

Для тех, кто любые мантры и видьи [здесь читает], о Шамбхави, (27)

И заслуга совершенная пуджи здесь в два раза больше.

Как мандала лона Камакхьи известны девять этих лон. (28)

От лона [Камакхьи] до [края] этой земли, от Видьи до Гандхамаданы

Пространство в пять крош, о Богиня, куда всем [существам] трудно добраться. (29)

Наичудеснейшее, посещаемое Брахмой, Вишну и Владыкою богов.

Боги здесь смерти жаждут, что ж говорить о людях? (30)

[Люди], которые приходят в йони-питху, о Махешани, простирающуюся на пять крош, о Благая,

Принимают облик Шивы и, умерев, не рождаются снова, (31)

И от лучей Солнца не страдают никогда.

Кто живет в йони-питхе, тот безгрешный, тот лучший из людей,

Все они становятся, подобно Шанкаре, трехокими, и их чело Луна венчает. (32)

Лучший из садхак, которые все видьи и мантры, о Владычица,

Здесь повторяет и пуджу творит,

Тот человек обретает способность быть безгранично малым и иные сиддхи. (33)

Посредине йони-питхи сият гора, именуемая Нила, о Великая Богиня,

В которой обрели воплощенье Брахма, Вишну, Шива и все шакти. (34)

Посредине неё, о Высшая владычица, [находится] пещера Манобхавы,

И посреди пещеры Манобхавы в образе воды красного цвета (35)

Покрытая мириадом лингамов Камакхья, лиана древа желаний.

Её сияньем освещена пещера Манобхавы. (36)

Едва прикоснувшись к ней, железо обращается во злато,

На пространстве в четыре локтя со всех сторон, о Дочерь гор. (37)

Едва прикоснувшись с ней, человек обретает природу Шивы

И становится безгрешным тотчас же, о Богиня, нет сомненья в этом. (38)

Какое дело здесь он не совершил бы, то обретает бесконечный плод. (39)

Посредине [пещеры], о Высшая владычица, размером в двенадцать пальцев

Доходящий до нижнего мира источник воды, о Богиня. (40)

В той воде, о Высшая владычица, Брахма, Вишну и Шива воплощенье обрели.

Исполнена мощи та вода, зовущаяся Причинным океаном, о Богиня. (41)

К чему много слов, о Богиня, та вода – это высшая амрита,

С благоговеньем я говорю о ней, о Матерь, знай это, о чаровница! (42)

Все движущееся и неподвижное постоянно желает её, о Деви.

Едва прикоснувшись к той воде, прикоснувшись к тому источнику, (43)

Незамедлительно человек становится богом, о Богиня,

Свободный от благих заслуг и прегрешений, он, несомненно,

достигает освобождения при жизни. (44)

Если кто совершит поклонение водой у того источника, о Махешвари,

То тысячами мириадов языков, сотнями мириадов уст (45)

Я не смогу описать его заслугу, о Дочь гор.

Поместив свою руку в воды источника, о Махешвари, (46)

И повторяя сто восемь раз мантру, великие сиддхи на земле он обретает,

И мантра-сиддхи будут его тотчас же, и нет сомненья в этом. (47)

Кто повторяет мантру, принадлежащую вайшнавам, шактам, шайвам или иным,

Сто восемь раз, о Махешвари, то он тотчас же обретает сиддхи,

И здесь нет места для раздумий. (48)

Кто преподнесет эту воду предкам вместе с [травою] куша, о Богиня,

То он все равно что сто тысяч лет шраддху в Гае совершал, о Махешвари. (49)

Итак, я поведал тебе, о Богиня, о йони-мандале Камакхьи,

Теперь же вкратце, о Махешани, я особо возвещу (50)

Величание её, о славная Богиня.

Вместе с мириадами йогини там пребывают Кали, Тарини, (51)

Чхиннамаста, Бхайрави, имеющие по семь проявлений,

Дхумра, Бхуванешани, Матанги, Камалалая, (52)

Бхагаклинна, Бхагадхара, Бхагандари,

Дурга, Джаядурга и Махишамардини. (53)

Вместе со всеми теми, кто упавидьями зовется,

Вместе с Брахмой, Вишну и Махешой там обитает Махакали. (54)

Угратара – божество, властвующее в питхе Брахмамукхашрая,

И та питха, как сказано, предстает в двух образах: скрытом и явном, о Махешвари. (55)

Скрытая, она большей святостью, чем явная, обладает и,

будучи труднодостижимой для лучших садхак,

Она всегда открыта для тех, кто обладает знанием и природой виры. (56)

К юго-востоку от пещеры Манобхавы возвышается вершина Деви,

И эта труднодостижимая питха известна как Маногра. (57)

Богиня Бхуванешвари, Сиддхикали, имеющая Брахмана природу,

Там обретается, которая есть Кали, умертвившая Гхору-дайтью. (58)

Придя в эту питху, следует десять дней мантру повторять,

И тогда благодаря мантрам очищенье произойдет, и в этом теле станешь равным Шиве. (59)

Плод [поклонения] в середине источника воды,

который я тебе назвал, о обладающая прекрасными очами,

Будучи лишён четверти, станет полным при поклонении

Шиве и повторенье его мантры. (60)

Половину [этого плода приносит паломничество] в Джаландхару,

а половину [от этого] – в Уддияну.

Непременно способности, даруемые чтением мантр,

в Непале за один лунный день (61)

Придут к тому, кто повторяет мантру близ Нилакантхи, о Владычица богов,

Так я с радостью говорю тебе, и ни к чему сомненья здесь. (62)

На тринадцатый день великие сиддхи в Экамраканане [обретаешь],

И [повторенье мантры] десять лакхов раз у Ганги непременно [приносит] сиддхи. (63)

В Радхе Викатакше, о Дочерь гор,

[Повторенье мантры] три лакха раз приносят сиддхи, правда это,

о дарующая благие сиддхи. (64)

В Пушкаре – один лакх, в Праяге – двадцать лакхов,

В Дронагири – один крор, в Джвала[мукхи] – два лакха, (65)

В святом месте Вираджа – двадцать два лакха, о Благая,

В Гималаях – три лакха, в Кедаре – пять лакхов, (66)

На Кайласе –десять лакхов, в Джаянти – пять лакхов,

В Удджаини – за десять дней, на горе Мандара – за месяц (67)

Непременно обретаются мантра-сиддхи благодаря их

повторению и [совершению] пуджи, о Благая. (68)

Итак, я рассказал тебе то, о чем ты спрашивала, о Дочерь гор,

Следует скрывать это, словно возлюбленного от матери, о Богиня. (69)

Так в Шри-Йогини-тантре, в лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки заканчивается одиннадцатая глава.

Глава двенадцатая

Благословенная Богиня сказала:

О господин, о исполненный неизмеримого блаженства, о дарующий йогинам бесстрашье,

Величание лона Камакхьи, которое ты мне возвестил, о Шива, (1)

Истинно, истинно, без сомнения, и чудесно все целиком.

Отчего же оно, мной постигнутое, в [век] Кали не приносит успеха. (2)

Не вижу я ни знанья Шивы, ни мантра-сиддхи,

Какова причина этого, скажи мне, о господин, о источник состраданья! (3)

Владыка сказал:

Асура по имени Нарака от семени Вишну был рожден,

Произошедший из недр земли, он данавов [стал] владыкой. (4)

Ему Вишну подарил процветающее царство Камарупу.

По слову Земли тот данава, неодолимый в битвах, (5)

Одержав победу в сраженье с киратами, царём Кама[рупы] стал.

Затем Бхагаван ему для поселенья отдал с радостью во владенье (6)

Град Прагджьотиша, как мандала лона Камакхьи известный.

Царю, совершившему абхишеку, Вишну также дал супругу, (7)

А после он, Хари показал ему пещеру Манобхавы.

Нараке, совершившему омовение, такие он наставления дал. (8)

Вишну сказал:

Величание Камакхьи соответствует сущности всех вед.

Брахма свое положенье обрел, и я, Вишну, (9)

И Шива Шивой стал милостью Камакхьи.

Поэтому должно, все силы прилагая, усердно её йони почитать. (10)

Когда к тебе Матерь благосклонна, то во всем тебя ждет удача,

А когда она от тебя отвратит лицо, то тебе не будет блага, (11)

И тебя я покину, сын, мне известно это.

Ведая это, поклоняйся [ей], к чему еще слова? (12)

Влдадыка сказал:

Молвив так, Вишну возвратился на Вайкунтху, свою обитель,

А Нарака стал следовать тому, что Вишну наказал. (13)

Тем временем, о Богиня, [произошло] ужасное событие, слушай же [о нем]. (14)

Мыслью рожденный сын Брахмы Васиштха, благочестивый подвижник,

На горе Нила Таре поклонение совершал, мудрец. (15)

О Богиня, в один прекрасный день, чтоб совершить поклоненье

Владычице богов Таре в мандале Камакхьи, он подступил к вратам,

И там Нарака сына Брахмы задержал. (16)

Нарака сказал:

Сейчас постой, о брахман, и в мандалу ты не ходи,

Ведь пуджа совершается богине, до конца пуджи обожди! (17)

Услышав сказанное Наракой, владыка мудрецов

Запылал, словно двенадцать солнц, вне себя от гнева, (18)

И обратил слово к Нараке брахман Васиштха с очами цвета меди.

Васиштха сказал:

О худший средь грешников, отчего ты говоришь, что недостоин я, о неразумный,

Во время поклонения Камакхье внутри обители (19)

Приближаться к йони, о глупец, даже будучи сыном Брахмы.

Теперь узри мою неизмеримую мощь, несущую тебе погибель. (20)

Молвив так, Васиштха зачерпнул рукою воду

Из камандалу и наложил тот мудрец суровое проклятье на Великую богиню. (21)

Васиштха сказал:

О Матерь Камакхья, я брахман, Брахмы сын,

Оставив тебя, ныне я ухожу, если мерзкое ты совершаешь.

Грех убиения брахмана, поистине, ляжет сегодня на тебя. (22)

Отныне поклонение и повторение мантр, даже [совершаемые] в великой питхе,

Не принесут успеха по слову моему. (23)

Владыка сказал:

Наложив это суровое проклятье и вылив воду,

Покинул он Нилачалу и ушел на гору Кхандава. (24)

Тогда высшая видья Камакхья, чтимая всем миром,

Исполненная великого сиянья, богиня, являющая свет для всех, (25)

Пылающая день и ночь, огнем из собственного тела

Тотчас же спалив все кругом, отправилась в обитель на Кайласу. (26)

Тогда, о Высшая владычица, пещеру Манобхавы

Обуял непроглядный мрак из-за ее ухода. (27)

Вопль ужаса прошел по всей вселенной, и владыка данав лишился чувств.

Высшую Майю с поникшим лицом, (28)

Камакхью увидев, я с почтением спросил.

Отчего, о Благая, ты явилась, оставив йони-мандалу? (29)

Отчего твое лицо поникло, о Камакхья, скажи причину.

Ты, о богиня, пребывай высокочтимой в моем сердце,

Я отражаю все [невзгоды], чем же расстроена ты? (30)

Камакхья сказала:

Мудрец Васиштха, брахман и сын Брахмы, чтоб поклоняться Таре,

В моей йони-мандале о господин, к моим вратам пришёл. (31)

По утру мне брахман пуджу совершает, а царь

Стоит на страже, и пока моя пуджа идет,

Никто не вправе в мою йони-мандалу входить. (32)

Асура Нарака установил такой порядок,

И поэтому он путь сыну Брахмы преградил. (33)

Из-за этого [на меня] мудрец наложил суровое проклятье.

Слушай же, в чем заключается оно, о Великий бог, причина моих слёз. (34)

Брахма, Вишну и Суреша мечтают о том высшем положенье,

Которое я установила, Боже, скажи же, какой грех лежит на мне? (35)

«Оставив тебя, я ухожу, если мерзкое ты совершаешь.

И грех убиения брахмана, поистине, нынче ляжет на тебя. (36)

Отныне поклонение и повторение мантр, даже [совершаемые] в великой питхе,

Не принесут успеха по слову моему», – (37)

Из-за этого проклятья мудреца явилась я в присутствие твоё,

К какому средству мне прибегнуть, скажи, о источник состраданья? (38)

Владыка сказал:

После этих слов ее, рыдающую, снова и снова успокаивал я

И, отправившись в йони-питху, там мантру Калики повторял (39)

Для снятия проклятья, о Владычица богов, а затем

освобожденную от [действия] проклятья Камакхью,

Как прежде, в йони-мандале я поселил. (40)

Тогда та Высшая Майя исполнилась радости великой.

Однако в [век] Кали триста лет, о Махешани,

Проклятье брахмана плоды приносит, несомненно. (41)

Благословенная Богиня сказала:

Ты поведал целиком о том, как некогда Васиштха наложил проклятье

Из-за Нараки на Камакхью, обитающую в Кама[рупе]. (42)

Теперь же я услышать желаю твой сказ о снятии проклятья.

Как распознать проклятье, признаки мне назови,

Услышав, о чем, праведники милосердия полны. (43)

Владыка сказал:

Когда произойдёт погибель царства глупого царя, [правившего] в этом граде,

С того дня, о Высшая владычица, проклятье брахмана вступит в силу. (44)

Тогда злодейство воцарится в Камарупе,

И народ будут одолевать тяготы и недуги, чинящие ущерб великий. (45)

Войны и бедствия, о Махамайя, будут идти непрерывной чередой,

И боги, данавы и гандхарвы будут лишенья насылать. (46)

В двести двенадцатый год эры Шака

Меж саумарами, кувачами и яванами великая битва (47)

Щиты, мечи, каменные снаряды, хилои. Государственный ассамский музей

Случится в Камарупе, в которой множество воинов сойдутся.

В той битве, саумаров одолев, царь яванов, (48)

Чьё имя на букву «м», целый год царством править будет. (49)

А кувачи, его поддержку обретя, собственным царством будут наслаждаться.

В конце же года, над яванами одержав верх, саумары воцарятся. (50)

Когда минует девятьсот первый год эры Шака, о Махешвари,

То Камарупа снова будет охвачена войной. (51)

В Камарупе власть на двенадцать лет, о Махешвари,

Вместе с кувачами яваны утвердят (52)

И в Камарупе сообща установят мир. (53)

Яваны, кувачи, саумары и плавы

Будут властвовать над Камарупой, и не иные, во время действия проклятья. (54)

Таким образом, многообразные признаки [эпохи], о Владычица, я назову,

По отдельности делается всё очевидным, о Парамешвари! (55)

Яростный огонь подвижничества Васиштхи, о красавица, утихнет,

И деревья вырастут на горе Камакхьи. (56)

После того как вблизи от города рухнут каменные своды, являющиеся вратами в небеса,

И будет разрушен храм Камакхьи, появится остров Урваши (57)

Посреди обмелевшей Брахмапутры, о Владычица богов.

Шесть месяцев там находясь в Уттаракалакоше,

Придут все цари, опытные в битве, (59)

И меж кувачами, яванами и чандрами, обладающими многочисленными войсками,

Меж тремя [народами] млеччхов случится великая битва. (60)

Черепами лошадей, людей и слонов

И кровью будет заполнена [река] Лохитья, без сомненья. (61)

Тогда Высшая майя, восхваляемая сонмом йогини,

Камакхья, чернотелая, держащая в руках жертвенное

подношенье, с улыбкой на лице, (62)

Движущая языком, украшенная гирляндой из черепов,

обнажённая, занимающая высшее положенье,

На вершине горы пребывая, будет пить кровь. (63)

Затем кувачи, яванов одолев, саумьями будут разбиты.

Вплоть до реки Каратоя они будут вести великое сраженье, (64)

И десять дней там находясь, к себе домой вернутся.

А после брахман, живущий в Камарупе, станет царём

И побудит людей совершать джапу, пуджу и прочие обряды, о Деви. (65)

Так в течение трёх лет брахман Дандин царём

Будет, о Махамайя, в мандале Лона. (66)

Затем её на двенадцать частей разделит самодержец, царь востока.

Отправившись на северо-восток, он жителей Камарупы подчинит единой власти

И всем царством, о Богиня, будет править по закону. (67)

Его супругой будет Шьямаварна, [богине] Парвати постоянно совершающая поклоненье,

Она, праведная, благонравному сыну-царевичу [даст жизнь]. (68)

Когда со дня его рожденья, о Богиня, наступит двенадцатый день,

От его прикосновения к горе появится волшебный камень. (69)

Благодаря этому [камню] все жители Камарупы богатыми

Будут, и тогда наступит избавленье от проклятия Васиштхи. (70)

Тогда ещё более яркий свет в мандале лона Камакхьи

Присутствие Камакхьи в Кали-югу озарит, (71)

И мантра-сиддхи снова будут в силе в мандале Лона.

О Богиня, плоды, что были названы, Камакхья снова будет даровать. (72)

Из-за проклятья брахмана в течение трёхсот лет бывшая в оцепененье,

Камакхья, чьи стопы-лотосы чтут боги, явится сама,

И всё будет, как и прежде, о Богиня. (73)

Так вкратце я поведал о спасенье Кама[рупы].

О чём ещё желаешь ты услышать, о Богиня, Дочь гор, скажи. (74)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр,

в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать

четыре тысячи стихов, заканчивается двенадцатая глава.

Глава тринадцатая

Благословенная Богиня сказала:

О Владыка богов, о Высший повелитель, всеведущий и всеми чтимый,

Куда уходишь ты, о господин, из сострадания, о Шанкара, скажи! (1)

Владыка сказал:

В местности по названию Коча вблизи от Лона

Целомудренная праведница, созерцающая Высший дух, Ревати, (2)

В теле млеччхи пребывает, йогини-чаровница.

Груди её упруги, а бёдра полны. (3)

В образе нищего, собирающего подаяние, я день и ночь хожу

В присутствие её, о Высшая владычица, с тобою ж быть мне равнозначно погибели великой. (4)

Благословенная Богиня сказала:

Где и какое она подвижничество вершила и как земли достигла?

Любовное наслаждение с тобою – немалого подвижничества плод. (5)

Тем не менее я вижу, как сильно ты сострадаешь к ней.

Так кто ж она, из милосердия великого скажи! (6)

Владыка сказал:

Слушай, о Дочь гор, о дорогая мне, как собственная жизнь,

О жизни этой праведницы я кое-что поведаю, о обладающая ясной улыбкой! (7)

Вместе с [другими йогини] водила хороводы она в Экамраканане,

Рождённая из веданг, благочестивая йогини-богиня. (8)

Но я не был доволен теми обрядами, что она в мою честь совершала, о Дочерь гор,

И чтобы обрести меня, к чрезмерному подвижничеству

она прибегла, исполняющая желания в моих святых местах, (9)

На горе Экамрагахана, где тиртха есть, о Деви.

Туда некий брахман пришёл и милостыню просил. (10)

Она же ему милостыни не дала, но сказала: «Уходи отсюда прочь!»

И тогда брахман на неё проклятье наложил: «Стань млеччхой, о гордячка!» (11)

Молвив такие слова, брахман удалился, а йогини млеччхой стала.

Поэтому если кто просящему просимое не даёт, хоть и в состоянье это сделать, (12)

Тот попадёт в беду, поэтому, будучи в состоянии, пусть почтительность являет.

Её подвижничеством, о Богиня, я покорён, (13)

Вот почему, о женщина, я насладился с ней любовью,

И у неё сын Венусинха от семени моего родился. (14)

В одиночку он одолел живших в Камарупе саумаров и гауда-паньчамов.

Взяв верх над всеми царями, едино [державным властителем он стал],

обладателем Шри многомудрым. (15)

У неё были многочисленные сыновья, стерегущие землю,

Все праведные цари кувачи, опьянённые битвой. (16)

Все они, опираясь на связь с Венусинхой,

В явном образе своё положение, о Амбика, до конца кальпы занимают. (17)

По прошествии времени та Мадхави, о Богиня, в теле моём растворилась. (18)

Как матерь Нандина является моей супругой, так и йогини эта.

Как Бхрингарита мой сын, так и Вену[синха]. (19)

Венусинха в конце кальпы высшие сиддхи обретёт, (20)

А все цари, происходящие из его рода, на Кайласе будут обитать,

Великие духом предводители ганов, сведущие во всех [делах], (21)

С сонмами божественных дев, осиянных юностью и красотой,

Они всегда будут забавляться и играть, бхайравам подобно, о Богиня. (22)

Всякий раз как проклятье брахмана на Камакхью ляжет,

[Венусинха], снизойдя, будет Кама[рупу] защищать. (23)

До тех пор, пока в конце кальпы не произойдёт избавленье от проклятья, о Владычица богов,

Рождённые из семени его будут, о Махамайя, предаваться играм. (24)

Кальпа, о Великая владычица, в Кали-[югу составляет] триста лет.

О госпожа жизни, о Высшая госпожа, [в течение этого срока]

Испытывает действие проклятья имеющая высшую природу (25)

Камакхья, о Махамайя, а после становится плодотворным [поклоненье ей].

Итак, я поведал, о Богиня, о том, как от проклятья брахмана избавил я (26)

И на место возвратил Камакхью, о Махешани.

На ком проклятье брахмана, тому да избавленья далеко. (27)

Даже укушенный Такшакой может тотчас же исцелиться,

Но того, на ком брахманское проклятье, лишь в конце

кальпы ждёт избавленье, (28)

И из ада, без сомненья, до тех пор не выйдет он.

Так всех рождённых в его роду преследуют, о любимая, день и ночь (29)

Разнообразные зловещие знаменья, пока не сменится семь поколений.

Поэтому к брахману, о Богиня, не стоит никоим образом выказывать пренебреженья. (30)

Брахман заключает в себе всех богов, имея природу Брахмы, Вишну и Шивы.

Из брахманического пыла рождается природный брахман. (31)

Где брахманы вкушают, там вкушает Хари самолично,

Там Брахма, Рудра, летающие-в-небесах, провидцы, мудрецы, (32)

Предки, все божества вкушают, и нет сомненья в этом.

Брахман объемлет всех богов, поэтому не должно наносить ему обиды. (33)

Брахмана, деву, шакти, огонь, шрути и корову

Постоянно желают почитать те боги в [земле] карма-бхуми. (34)

Если почитается одна дева, то и другое поклоненье будет.

Плод почитанья девы я описать не в силах. (35)

Девы и шакти объемлют весь мир с движущимся и неподвижным.

И если поклоненье, о Богиня, совершается одной девице,

То и все прочие богини почитаемы будут, без сомненья. (36)

То, что было возлито на огонь, то, что было брахману преподнесено,

Вернётся большим в мириады раз, если у [человека]

есть вера, и нет сомненья в этом,

А если веры нет, то плод большим будет в сотню раз определённо. (37)

Пища для коров очищает людей ото всех грехов.

То, что деве было преподнесено, то и шакти, о Махешвари, (38)

Не гибнет никогда на протяжении сотен кроров кальп.

Дхарма – это лоно богов, дхарма – это жертвоприношения и прочие обряды, (39)

В ином мире дхарма – лучший друг, и нет сомненья в этом.

После того как на протяжении многих жизней совершались им ведийские обряды, о Богиня,

К дхарме, [заключённой] в агамах, верно, прибегает [человек]. (40)

И тогда достигается освобожденье, избавляющее от пут деяний.

По прошествии многих жизней, после обретения знания освобождение [приходит]. (41)

Деянием обретается преданность, преданность же приводит к знанию,

Благодаря знанию освобожденье [наступает], правда,

правда мною сказана, о Великая богиня! (42)

Когда настаёт состоянье знанья, знание высочайшее обретя,

Тогда йогин становится освобождённым, так рёк владетель счастливой доли Шива. (43)

Не предпринимая деяний, плоды не вкушает человек,

Поэтому, о Махамайя, пусть всегда деянья совершает. (44)

Если волею судьбы он обретает [возможность совершения]

ведийских и тантрических обрядов,

То пусть мудрый напрасно не тратит время на азартные игры и любовные забавы. (45)

Пусть тратит его на пуджу божествам, джапу, жертвоприношения и

[вознесение] гимнов.

Внешние и внутренние – двух видов бывает обряды. (46)

Будучи чистым иль нечистым, в каком угодно месте, (47)

Идя, стоя или даже спя, о прекрасноликая,

Пусть совершает мысленно обряды, порока в этом никакого нет. (48)

О Махешвари, из всех обрядов лучший это джапа

Обряд джапы, о Махешани, имеет мою природу, без сомненья. (49)

Кто джапу совершает, будь ли она внутренней или внешней,

Тот, о Высшая владычица, всегда освобождён при жизни, без сомненья. (50)

Все ведийские и тантрические обряды, какие ни есть, о Махешвари,

Все они не стоят и одной шестнадцатой части обряда джапы. (51)

Грахи, бхуты, пишачи, якши и сонмы ракшасов,

Тигры и прочие [хищные] твари, о Деви, полные ярости в сердце, (52)

Дакини, гухьяки, гандхарвы и змеи,

Данавы и бхайравы злые, обитающие на шмашане, (53)

От страха дрожа, не тронут, о Богиня, совершающего джапу,

И не коснутся грехи того садхаки, о любимая, никогда. (54)

Известен плод совершающего джапу вслух,

В сотню раз больше [плод того, кто джапу] тихо [совершает],

и в тысячу – мысленной [джапы]. (55)

Кто произносит мантру вслух, того джапа как словесная известна,

А доступная хоть чьему-либо слуху именуется тихой. (56)

Та же, что доступна лишь собственному слуху, мысленной зовётся.

Словесная это внешняя джапа, мысленная – внутренняя, (57)

Тихая же смешанной будет, таковы три вида джапы.

Божество, восхваляемое джапой, всегда являет милость, (58)

И благосклонное, преподносит богатые желанные дары и вечное

освобожденье.

О прекрасноликая, садхана, джапа и созерцанье

Благодаря малому подвижничеству ни для кого недостижимы, о Богиня. (59)

Если благодаря заслуге, заработанной за много жизней, о Богиня,

Обретаются они, то освобожденье за одну жизнь происходит. (60)

То, что именуется знанием Брахмана, то известно как самадхи.

Итак, вкратце поведано это удивительное [сказанье], о Махешвари,

О чём ещё услышать ты желаешь, о Великая богиня? (61)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, состоящей из двадцати четырёх тысяч стихов, заканчивается тринадцатая глава.

Глава четырнадцатая

Благословенная Богиня сказала:

О Боже, о исполненный высшего блаженства, о владыка великой йоги, о господин,

Которому я покорна, Боже, из состраданья [о следующем] расскажи, наставник. (1)

Я выслушала о деяньях брахмана, [рождённого] от семени твоего, о вечный.

О Махешвара, происходящие из семени плавов, яванов и саумаров

Млеччхи каким образом властителями Кама[рупы]

Стали, о Махадева, скажи мне, о полный состраданья! (2–3)

Владыка сказал:

Сыновья Шальвы и бахлики пали в битве на поле Куру,

И не оставалось никого, о Трёхокая, кто бы мог их род продолжить. (4)

Тогда супруга [одного из] бахликов, прекрасная и добродетельная Кирми,

Юная и прелестная красавица, мудрая и привычная к епитимьям, (5)

Желая [родить] сына, отправилась в Каши и день, и ночь подвижничество вершила,

Находясь у врат [храма] Вишвешвары, моей обители освобожденья. (6)

Тогда сын Бали, могучий Бана Махакала,

Бывший там привратником, о Богиня, засиял при её виде. (7)

Он, мне подвластный бхайрава, взял её, ослеплённый страстью,

Украшенный гирляндой из черепов, вином опьянённый, в обличье безумца, (8)

Обличье подвижника приняв, бесстыдный любовник.

А Кирми засияла светом венка из [цветов] бандхуки, о Великая богиня. (9)

Затем у Кирми родился сын от семени Махакалы,

Огромный бхайрава Маханкуша, о Великая богиня. (10)

Губитель Камарупы Шальва царство обрёл в [облике] Маханкуши, (12)

Войдя в лоно Кирми, следующий кулачаре.

Как он почитал [тебя] в Каши, так там постоянным (13)

Великое поклоненье будет идти тебе день и ночь.

Поскольку Маханкуша оттуда родом, Каши нападенье не грозит. (14)

Затем, приняв имя «Плава», отправился он в Жемчужную залу.

Итак, тебе поведана, о Богиня, история плавов. (15)

Теперь из истории яванов я кое-что расскажу, так слушай.

Жил-был в Трета-югу царь Баху, следующий дхарме,

Многомудрый, великий воитель, происходящий из Солнечного рода. (16)

Одолев отцовских недругов, над землёю, состоящей из семи материков,

Он властвовал и забыл о йоге и созерцанье. (17)

По прошествии долгого времени, о Махамайя, ослепила его гордыня.

«Выше, чем я, нету царя на круге земном. (18)

Сокрушив отцовских супротивников, я по отцу совершил шраддху», –

Так им овладела самость, губящая все существа. (19)

Отсюда к греху царь обратился,

А если порочен душою царь, то власти лишается он. (20)

Самость пользу не приносит на войне,

И [от нее] все великие грехи вместе с частями, несомненно. (21)

Из-за такого нрава его покинула Царская удача.

В это время явились лучшие из царей хайхаи и таладжангхи. (22)

Посоветовавшись, те цари пересекли океан

И Северную Кошалу обложили данью. (23)

Вначале они разгромили Баху, а через месяц его изгнали,

И, потеряв царство, он вместе с жёнами удалился в лес. (24)

В лесу скончался Баху, утратив все величие свое.

Его сыном был Сагара, стойкий и исполненный великой доблести и мощи,

И он изгнал двух царей хайхаев и таладжангхов. (25)

Благодаря покровительству Васиштхи их такова судьба:

Оба царя яванов, дрожа за свою жизнь, (26)

У Васиштхи прибежище нашли: «Спаси, спаси [нас]!» восклицая.

И тогда тем яванам брахман Васиштха безопасность даровал. (27)

Тем временем царь Сагара, вне себя от гнева,

Желая их убить, явился в присутствие Васиштхи. (28)

Видя его в таком состоянье, Васиштха, сын Брахмы,

Обратил речь к Сагаре, сыну Баху, ведающему дхарму, о Богиня: (29)

«О сын Баху, вреда [им] не чини, я им безопасность даровал!»

Услышав это, остановился царь, сын Баху, дружащий с удачей. (30)

«Слова брахмана напрасными не будут, но и обещание, что я прежде дал.

Что делать мне теперь, попавшему в затруднительное положенье?» (31)

Так поразмыслив обо всём этом, Васиштхе он сообщил:

«Я истреблю тех людей, обещанье такое прежде я дал. (32)

Услышав твои слова, я убит, что мне делать?

Твои слова я изменить не в силах, о владыка мудрецов. (33)

Если ты не прибегаешь к средствам [против врагов], тогда мне лучше умереть»,

Выслушав это, Васиштха тотчас же отвечал. (34)

Васиштха сказал:

Не печалься, друже, слушай же, что должно сделать.

Всем этим своим неприятелям головы обрив,

Стоящим вне ведийского пути, подальше отсюда их посели, (35)

В стране в западной части Гималаев, там яванов господство.

Последовав моим словам, своё обещанье ты не нарушишь, господин. (36)

Обритие голов равнозначно срубанию их в битве,

Так неизменно говорится в ведах. (37)

Владыка сказал:

Выслушав его слова, Сагара так и сделал,

И все те кшатрии хайхаи и таладжангхи,

Презираемые, с обритыми головами и остались. (38)

У мудреца Сушены они прибежище нашли, чуждые добродетели стезе,

И следуя наставлению Сушены, подвижничеству постоянно предавались. (39)

Найдя у него прибежище, о Великая богиня, как им заблагорассудится, живущие,

Тамасичные, они в тамасичное состояние вошли. (40)

Из-за этого состояния над ними смилостивился я,

И я им дар преподнёс, чтоб их желание исполнить, слушай:

«Наслаждайтесь теперь этим царством, для яванов желанным! (42)

В девятьсот восемьдесят первом году эры Шака, в Кали-югу,

Вы будете владыками святой земли, определённо». (43)

Так, о Великая владычица, правителями Камарупы, о Благая,

Яваны милостью моею, а также иных святых земель [будут],

И множество [их] царей в [век] Кали землёю будет наслаждаться. (44)

Итак, тебе я историю яванов поведал.

Теперь же слушай историю саумаров. (45)

Однажды Царь бессмертных отправился в лес Кхандава,

Оставив божественное царство, вместе с Каушаланги самолично. (46)

После того как долгое время забавам предавался Царь богов,

У него появилось сильное желание насладиться музыкой, пением и танцем. (47)

Призовя Рамбху, Тилоттаму, Каньчи, Курангакши и Манохару,

Он повелел им вместе с Рамбхой танцевать. (48)

Скульптуры IX-X вв. Государственный ассамский музей

Тогда все гетеры, избранные им, пустились в пляс,

И Индре, как предписано, пылкие, доставили удовлетворенье. (49)

Каушанги, вместе с Царём богов очарованную

Их пением и пляской, охватила страсть. (50)

И с ней Индра богов, сокрушитель [вражеских] воинств, насладился любовью.

Тем временем, о Богиня, небесная гетера Манохара, (51)

Индру видя в таком состоянии, к нему устремилась сердцем.

И из заблуждения, вызванного вожделеньем, в музыке и пении сбилась с ритма. (52)

Меж ними вспыхнула страсть, и [Манохара] сбилась с ритма. (53)

Тогда, мысли в её сердце прочитав, Каушанги, вне себя от гнева,

Молвила грубые слова, слушай их, Богиня: «О Манохара, (54)

Будучи блудницей, ты, чрезвычайно порочная, моего желаешь мужа,

И поэтому затрепетало твоё сердце, [наблюдавшей] наши любовные утехи! (55)

Поэтому, блудница, ступай на землю и стань женой царя!»

Такое из уст Каушанги изошло злобное проклятье.

Услышав это и цепенея, она припала к стопам Каушанги (56)

И причитала, терзаемая великим горем, обняв её стопы.

Тогда рекла Каушанги: «Тридцать два года на земле

Наслаждаясь, о Манохара, по истечении срока проклятья, в своё положенье вернёшься, (57)

В [водах] Мандакини оставив тело, на небо ты вознесёшься».

[Родившись на земле] обольстительной Канкати,

она стала женой одного из Дхритараштры сыновей. (58)

После того как кауравы были сражены на поле Куру, и сотня женщин погибла,

В страхе Канкати поспешно отправилась на гору Чандрачуда. (59)

На её высокой вершине в тяжкой скорби она пребывала.

Когда у нее наступили месячные, небесная гетера на второй день ночью

Пронзаемая стрелами Камы, оцепенела, испытывая муку. (60)

Индра на колеснице направлялся с Кушадвипы и увидел чаровницу

В украшеньях и вспомнил о том, что свершилось прежде. (61)

Поведав ей обо всём, с той красавицей, ослеплённой желаньем,

Он насладился любовью и удалился, и у неё родился сын Ариндама, (62)

У Канкати, о Высшая владычица, на горе Гандхамадане.

Оттого что Индра овладел ей на второй день месячных, (63)

Тот Ариндама вёл образ жизни млеччхов.

Свирепый, он промышлял охотой и постоянно губил живые существа, (64)

Питающийся мясом любых [животных], о Богиня, подобно кирате,

Он был всем добродетелям чужд и полон всевозможных грехов, (65)

Находящий удовольствие в вине, мясе и плотских утехах, предающийся порицаемым деяньям.

При виде такого сына Канкати сильно горевала (66)

И предалась суровому подвижничеству, сути, выше, высшего,

И тогда, представ перед ней, Царь богов промолвил. (67)

Индра сказал:

По какой причине ты подвижничество вершишь, о Канкати, мне скажи,

Твоей аскезой я доволен, и что желаешь, то преподнесу. (68)

Канкати сказала:

Сын твой таким стал, всегда предающийся греху,

Смотреть я [на него] не в силах, о богов Владыка, как хочешь, так и делай! (69)

Это твой сын, о Бог богов,

Правда и без сомненья, творящий прегрешенья и низший средь людей. (70)

О Повелитель богов, твой сын сеет беспокойство,

Как хочешь, так и поступай, о господин, а меня же забери. (71)

Служением подле себя, служением меня займи,

О Властитель богов, это дар [для меня], иной же не желаю я. (72)

Индра сказал:

Внемли, о дорогая, моим словам, время проклятья твоего истекло,

Скоро я заберу тебя, здрава будь! (73)

В силу греховности сына твоего род его угаснет,

Как сменится сто двадцать восемь поколений. (74)

Живущие в Саумаре, цари-быки из рода моего (75)

Здравомыслящими, могучими, преданными богам и брахманам

Будут, без сомненья, знатоками вед, и их чтецами.

Все они отправятся на Вайкунтху, дорогие Вишну, (76)

И растворятся там, когда настанет конец света. (77)

Владыка сказал:

Забрав её, Индра отправился в свою обитель,

И так со временем саумары стали властителями Камарупы. (78)

В восточной части – саумары, в западной – кувачи,

В южной – яваны, а на севере – плавы. (79)

Таковы, о Великая богиня, все те правители Камарупы.

Итак, поведана, о Богиня, история саумаров. (80)

О чём ещё желаешь ты услышать, о чём не слышала прежде? (81)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать четыри тысяч стихов, заканчивается четырнадцатая глава.

Глава пятнадцатая

Благословенная Богиня сказала:

Я вопрошаю тебя в тайне, кто это некая Камакхья, мне поведай. (1)

Владыка сказал:

Кто есть Кали, высшая видья, вечная и имеющая Брахмана природу,

Та и является Камакхьей, о Владычица богов, наделяющей всеми сиддхи. (2)

Благословенная Богиня сказала:

Как Кали, имеющая Брахмана природу, Камакхьей стала, о Махешвара,

Обо всем этом мне из состраданья, о господин, расскажи, о Венчанный Луною! (3)

Владыка сказал:

Когда Творец, Саморожденный, сам [мир этот] создавал,

Тогда он, Прародитель, наполнился самости пороком. (4)

Самость, о Владычица, губит все существа.

Исполнившись самости, пребывал Брахма, Владыка мира, (5)

Он забыл обо всех событиях, о которых Калика прежде рассказала.

«Лишь я творец», – такая мысль владела постоянно им. (6)

Кому этот мир принадлежит, вместилище всех желаний, и кто его причина,

Не ведая, о Великая богиня, Брахма самостью был ослеплён. (7)

Видя его в таком состоянье, Парамешвари

Создала из самости, [наполнившей] его тело, о Благая, (8)

Неодолимого дайтью по прозванью Кешин.

Изойдя из тела Брахмы, свирепый дайтья (9)

Устремился к нему, о Богиня, чтобы проглотить,

И тогда Прародитель обратился в бегство вместе с Вишну. (10)

Затем великий дайтья Кешин город в Бхарате воздвиг,

Известный как Кешипура. Там поселившись, данава (11)

Стал править, о Богиня, вселенной, включающей движущееся

и неподвижное, небо, землю и пространство между ними.

«Брахму убей!» – этот возглас по мирозданью звучал непрерывно. (12)

Тогда Брахма, Создатель мира, самость отринув, вместе с Вишну

Вознес хвалу Зиждительнице миров, устраняющей препятствия Кали. (13)

Брахма и Вишну сказали:

Поклонение великоблагой Владычице, имеющей природу пранавы,

Собственной биджи и Кама-биджи, (14)

Украшенной гирляндой из черепов, шевелящей языком и вечной,

Обладающей природой Майя-биджи и Курча-биджи, (15)

Я склоняюсь пред Зиждительницей миров, лотосоокой Кали,

Издающей грозные крики, чистозвучной, с распущенными волосами, обнаженной, (16)

Я почитаю богиню Калику, устраняющую великие препятствия,

Постоянно пребывающей в сердце Владычице тройственной вселенной! (17)

Владыка сказал:

Такую хвалу вознесли Брахма и Вишну Богине,

И нежданно раздался глас с небес: «Чего желаешь, о Прародитель?

О мощнодланный Вишну, чего желаешь, молви!» (18)

Брахма и Вишну сказали:

Один лучший средь дайтьев, великий асура по имени Кешин был рожден,

И он у нас отнял власть над мирозданьем. (19)

Нынче этого асуру умертви и нам верни прежнее положенье,

И еще своим стопам-лотосам позволь служить, это наша просьба. (20)

Благословенная Кали сказала:

Внемли, о Брахма, слову моему, самость покинула тебя,

Нынче я довольна, и мир под власть твою вернется. (21)

Вся вселенная наполнена майей, и ничем иным, о Лотосорожденный.

Видя твою самость, неодолимое препятствие создала (22)

Я тебе, о Создатель мира, состоящее из самости твоей,

В образе Кешина-дайтьи. Его я умерщвлю, здрав будь

И не бойся, и ты, о Вишну, задрав будь, о многомудрый! (23)

Владыка сказал:

Таким образом явившись и успокоив Брахму и Вишну, [Богиня], имеющая высшую природу,

Возгласом «хум» обратила в пепел превосходнейшего средь данав,

Асуру Кешина Кали, а затем молвила Творцу. (24)

Кали сказала:

Тяжкий грех из самости произошел, о Брахма,

И для очищенья от него да будет воздвигнута высокая гора (25)

Из пепла дайтьи Кешина, покрытая травою, служащей пищей для коров.

Коровы, питаясь постоянно этой травою, тебя очистят от греха. (26)

Владыка сказал:

Собрав в одну кучу пепел, оставшийся от тела Кешина-дайтьи,

И окропив его водой из камандалу, Творец воздвиг гору, (27)

Ни очень высокую и ни очень низкую, изобилующую кормом для коров.

Питаясь этой травою, коровы были сыты и довольны. (28)

И затем название «Говардхана» дал горе Творец.

И чем больше на лучшей из гор травы едят коровы,

Тем больше, о Благая, Брахма очищается от прегрешенья. (29)

Пока [стоит] гора Говардхана, до тех пор [происходит] очищение Творца.

Отсюда, о Высшая владычица, очищенье того Брахмы. (30)

И если кто наносит обиду твоему главенству,

То любое [существо] таким способом очищается,

о Трехокая, от последствия этого [греха]. (31)

Затем Брахма, Создатель мира, и Вишну, Властелин вселенной,

В том же порядке вознесли хвалу Владычице высочайшей. (32)

Тогда Кали, Матерь мира, к ним обратила речь: «Чего желаете,

То преподнесу я вам, о дорогие, отчего в печали вы?» (33)

Брахма и Вишну сказали:

На благо нас обоих и благо всех миров стопы-лотосы

Твои чистейшие, дарующие великое освобожденье, (34)

Даже незримые и сокровенные, образа матери лишенные,

Как мы будем чтить, приносящие добро всем [существам]? (35)

Определи место на земле, чтоб поклоняться стопам-лотосам твоим.

Непрерывно мы будем почитать их, источник несказанных благ, (36)

Ради великого освобожденья для нас и всех [существ].

Тогда нам данавы какое зло смогут причинить?

Непременно мы оба неотразимое преодолеем благодаря почитанью твоих стоп. (37)

Благословенная Кали сказала:

Внемли, о дорогой, о Махавишну, [моему] высочайшему слову!

Биджа «хум», которой я данаву обратила в пепел, (38)

Мантра Кешина, великая биджа, имеющая шабда-брахмана природу,

Исполненная ослепительного блеска, знай, та биджа есть высочайшее слово! (39)

Лишив жизни Кешина, в Кешипуре ту биджу я установила,

На одну крошу вплоть до нижнего мира распространяется ее сиянье. (40)

Поэтому да будет чтимо это место, исполненное великого блеска.

Придя в то место, мне поклоняйся, как пожелаешь. (41)

Сокровеннейшим образом желанный плод обретают,

О многомудрый, боги, данавы, гандхарвы и иные. (42)

Совершай мне такое поклоненье, чтоб кому-либо оно было неведомо,

И от всех бед я огражу тебя. (43)

Предназначено для игр Вишну это место, что тебе я называла,

Шакти Желания, которую я прежде Вишну даровала, (44)

В образе Махалакшми [ему] служит, в целомудрии пребывая,

И она в образе Вринды в этой местности пребудет. (45)

Благодаря тому что Вринда там будет жить, «Вриндавана» – такое названье получит место,

И в нем также и твои игры пройдут. (46)

Став Вриндой, Тару-Лакшми здесь обоснуется навсегда.

Когда возникнет препятствие в виде дайтьи, всех дайтьев истребленье (47)

Я произведу, внемли же, о дорогой, моим словам, несущим благо.

Там, где для убиения дайтьи Кешина вы совершали поклоненье мне, (48)

Узрите, появилась йони-мандала моя,

Из моего сияния, знай, она возникла. (49)

Йони, это без сомнения, источник проявленья всех [существ],

Знай, что пракрити это мое божественное лоно. (50)

О Владыка богов, почитая йони, должным образом совершай творенье.

Ни перед кем и никогда пусть у тебя не возникнет страха, о Прародитель! (51)

Также в той питхе пусть будет моя обитель, без сомненья.

Знай, что я в великолепном облике там пребываю, (52)

И постоянно почитай тот облик в йони-мандале Камакхьи.

Кто, достигнув йони-мандалы, Камакхье совершает поклоненье, (53)

Тот, став обладателем всех сиддхи, блаженствует в загробном мире,

И у него нигде и ни перед кем не возникает страха. (54)

На благо тебя и других установлена йони-мандала

На земле в Бхаратаварше, в Камарупе изобильной, (55)

Содержащей девять лон, дарующей в качестве плода великое освобожденье.

В имеющей девять лон, о Брахма, Камарупе (56)

Чудесная йони-мандала озаряется сияньем Камакхьи,

Однако из-за великого греха ты её не видишь. (57)

Из самости твой тройственный грех происходит:

Совершенный телом, речью и мыслью. (58)

Вследствие этого греха моя йони-питха не доступна зренью твоему,

Из-за потоков грешных мыслей слеп ты днем и ночью. (59)

От греха, совершенного, словом, очистился ты благодаря лицезренью

Говардханы, слушай же меня о средстве избавиться от двух других [грехов]. (60)

Со звездного неба одну звезду туда низвергнув,

О лучший, и в ее свете, Боже, лицезрея питху, подвижничеству предавайся. (61)

И пока ты не узришь свет [звезды] соединившимся со светом йони,

Суровое подвижничество верши, и в конце от двух грехов (62)

Очистишься, сомненья нет, так поскорей же поселяйся

Там, благодаря подвижничеству для всех незримый. (63)

От [греха] оскорбленья высшего [божества] пусть будет такое избавленье.

Установив звезду, ты сделаешь это место огражденным от [существ] различных видов, (64)

И в нем, о дорогой, следует непрерывно пребывать.

Произнеся эти слова, умолкла пребывающая в небесах высшая [Богиня]. (65)

Поклонившись великоблагой Кали, Творец и Кешава

С сердцами, наполненными удивленьем, стали править миром. (66)

Итак, я поведал о том, что ты вопрошала,

Дочь гор, о сокровенном,

Древнем и должном сохраняться в тайне событии, о Властительница кулы. (67)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать четыре тысячи стихов, заканчивается пятнадцатая глава.

Глава шестнадцатая

Благословенная Богиня сказала:

О древних событиях, скрытых от всех [существ], выслушала я [твое повествованье].

Ныне же я желаю услышать о том, как явилась [Богиня] в образе Кали. (1)

Владыка сказал:

Услышь, о Богиня, высшую тайну, скрытую от Брахмы и прочих [богов],

Суть сути, дарующую наслажденье и освобожденье. (2)

Однажды Вишну и Брахма затеяли меж собою ссору

В океане. «Я – владыка», «Я – владыка», – каждый из них говорил. (3)

Для их умиротворения, о Махешани, появился в океане

Мой неизмеримый огромный лингам, несущий очищенье, (4)

Исполненный знанья и неведения, божественный, не переносимый для зренья, внушающий ужас.

Посредине него я в облике Рудры бродил, на быке восседая. (5)

Увидев это чудо, [Брахма и Вишну] задрождали от страха.

Вознося хвалу различными гимнами, они мне совершили поклоненье. (6)

Брахма и Вишну сказали:

Назови себя, о грозный обликом, возникший в океане!

Имеющий обличье Рудры сказал:

«Видя вас, враждующих друг с другом в океане,

Я возник, чтоб испытать, кто из вас владыка». (8)

Выслушав его слова, спрятались Кешава и Брахма.

Благодаря созерцанию ведая тайну, Мадхава был доволен. (9)

С встревоженным умом Брахма в созерцание погрузился и [также] знание обрел.

Зная меня только в проявленье Рудры, Имеющий-сиденьем-лотос, (10)

Творец, терзаемый сомненьями, к Вишну слово обратил. (11)

Брахма сказал:

О Вишну, из моего черепа появился на свет [этот] порочный Рудра. (12)

Владыка сказал:

Молвив такие слова, он насмехался [над мною] и порицал

[Меня] многократно, о Деви, и [по этой причине] суровое препятствие создал (13)

Я для того Брахмы, порожденное его хулою.

Этой преградой стал асура, подобный полуденному Солнцу, (14)

Данава по имени Трипура, рожденный из тела моего.

Все владения у Индры и прочих [богов] отобрал, о Махешвари,

Тот дайтья, о Владычица богов, а затем и у Вишну [власть над] мирозданьем, (15)

Кроме Гаруды и Лакшми все прочее силою присвоил,

А у Брахмы тот дайтья забрал сиденье-лотос. (16)

Затем, обратившись в бегство, боги во главе с Брахмой и Вишну

Достигли Гималаев, и Вишну слово обратил к Творцу. (17)

Вишну сказал:

Прежде в водах океана ты, о Творец, нанес обиду Шиве,

И из-за этого оскорбленья все мы претерпеваем муки. (18)

Поэтому Высшему владыке здесь на горе я буду возносить хвалу,

И он преподнесёт все блага, если сжалится надо мною в сердце. (19)

Найдя прибежище в Гималаях, боги во главе с Брахмой и Вишну

Подвижничество вершили, чтоб явил я милость. (20)

Сделав Землю колесницей, её колесами – Солнце и Луну,

А поводьями – веды, поставив возничим Брахму, (21)

Богов обратив в лошадей и части колесницы,

Сумеру используя как лук, а Васуки – как тетиву, (22)

Всю вселенную с движущимся и неподвижным поместив на колесницу,

Установив Вишну стрелою, [я] Трипуру в пепел обратил. (23)

А затем я снова создал мир вместе с движущимся и неподвижным,

Вместе с богами и дайтьями, о Махешани. (24)

То место, где был в пепел обращен этот мир с движущимся и неподвижным, о Богиня,

Знай как великий шмамана, место гибели всех [существ]. (25)

Сиянье всех мертвых богов там собралось,

Будучи размером в пять крош, вместе со сиянием миров. (26)

Являя при помощи волшебной силы тело

Трипуры на [своей] груди, (27)

В том месте смерти Высшей владычице я вознес хвалу,

[Пребывающей] в том сиянии Махакали, имеющей сознания природу. (28)

Затем в том сиянии явилась Кали, высшая кала,

Размером с огромного слона, и то сияние известно как Кали. (29)

В сиянии был зрим лишь только лик Великой Кали,

И поэтому данное место «Гиримукха» зовется мудрецами. (30)

При виде [этого места], о Высшая владычица, появляется [чувство] блаженства,

Отсюда знатоки вед дали ему названье Анандаканана. (31)

То сиянье, наполненное Кали, во вселенную обратилось.

Подобно тому как дожди наполняют водою океан, (32)

Сиянье Кали наполнило Солнце и прочие светила. (33)

И если Ганга рождается из многочисленных потоков,

То и вселенная из сияния произошла, о Владычица богов. (34)

Все стало наполнено Кали, и нету различий [меж существами], о Махешвари,

О Богиня, знай, что все есть амрита, о красавица богов. (35)

Ее, о Деви, я постоянно ношу на голове,

И поэтому мое положение Шанкары воистину определено. (36)

Ту Кали, носимую на голове, размером в пять крош,

Я денно и нощно почитаю, и от этого мое невыразимое блаженство возрастает. (37)

Поэтому я являюсь Владыкою вселенной, и нет сомненья в этом.

Кто повелевает над Брахмой, Вишну и прочими [богами], о Сурешвари, (38)

Тот властитель мирозданья, и не иной, о Парамешвари.

Будучи исполнен одного только блаженства, всегда я высшему совершаю поклоненье.

Тогда [Кали] сжалилась [над мною], и зазвучал развоплощенный глас. (39)

Благословенная Кали сказала:

О Боже, исполненный высшего ликованья, мне ты доставил радость,

Поэтому в Каши усопшим ты всегда даруй блаженство. (40)

Владыка сказал:

Услышав ее слова, я погрузился в океан амриты.

И я дарую [слиянье] с Высшим духом стремящимся к освобожденью (41)

В Варанаси, о Богиня, постоянно пребывая в созерцанье, о Благая.

Тем, кто расстался с жизнью в Варанаси, в воде, на суше иль

в пространстве меж небом и землею, (42)

Я дарую слиянье с Высшим духом

Оставив все деянья, добрые иль дурные,

Он удостаивается нирваны Брахмана по слову своему тотчас же. (43)

А все его деянья, добрые иль дурные,

Обращаются в пепел милостью Махакали в силу [обретенья] знанья. (44)

Любой предмет, побывавший в Каши, тотчас же Каши природу обретает,

И благодаря только прикосновенью к [чему-либо] в Каши

происходит очищенье от множества грехов. (45)

Благодаря соприкосновенью с сияньем Кали Владетель трезубца пусть сожжет деянья.

Как огонь в век Кали сжигает кучу хлопка, о Благая, (46)

Так и Каши пусть сжигает людские деянья, что за одну жизнь накопились.

Место Каши святости полно, к чему еще говорить тебе об этом? (47)

Даже если есть женщина, равная тебе, иль равный мне мужчина,

То и он не в силах описать заслугу [посещенья] Каши. (48)

[Существа], рожденные из яйца, из зноя, из ростка и из утробы

Все они обретают освобожденье, если в Каши их настигла смерть. (49)

Этот священный [город] Варанаси, исполненный великого блеска, о Богиня,

Взору людей предстает в четырех обличьях в зависимости от текущей юги. (50)

В Крита-[югу] Каши из самоцветов, в Трету – из злата,

В Двапару он каменный, а в Кали – глинобитный. (51)

Не существует лучшего места в трех мирах,

Правда, правда это, о Великая богиня, я клянусь тебе. (52)

Тот, кто желает, о Богиня, избавления от блуждания в круговерти перерождений,

Даже будучи подобен камню, пусть обоснуется в Каши, (53)

И он станет ученым мудрецом, очищающим свой род.

Даже в конце жизни, о Великая богиня, пусть Каши не покидает разумный человек. (54)

Тот великий глупец, тот губитель рода своего,

Того жизнь напрасна, кто, Каши достигнув, его оставляет. (55)

Если благодаря заслугам, накопленным за много жизней, он удостаивается жизни в Каши,

То пусть даже в смертный час его не покидает. (56)

Кто желает без усилий преодолеть океан круговерти перерождений,

Пусть отправляется в мой город Варанаси. (57)

Пищей его пусть наделит Аннапурна, знаньем его пусть одарит Сарасвати,

А освобожденье в смертный час я дарую, в Каши беспрестанно пребывая. (58)

Итак, о высшем очищенье и освобожденье, о чем ты спрашивала, о Богиня,

Тебе поведал я, о Дочерь гор, о чем еще услышать ты желаешь? (59)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать четыре тысячи стихов, заканчивается шестнадцатая глава.

Глава семнадцатая

Благословенная Богиня сказала:

Ты наставник всех существ, древний Высший владыка,

Венчанный полумесяцем, поведай об убиенье Колы. (1)

Владыка сказал:

Слушай, о Богиня, я возвещу о чудесном событье:

Убиении Коласуры, что содеяла Махакали. (2)

Оттого, что Брахма наложил проклятье на Вишну, владетеля несравненного пыла, грех возник,

И мучимый этим грехом, всезнающий [Вишну] подвижничество стал вершить. (3)

Обосновавшись вблизи от Гималаев, очищающую от этого греха

Махавидью Великой Кали из восьми слогов он повторял (4)

На протяжении десяти тысячи лет, и этим довольна была Махешвари.

И только благодаря её довольству из сердца-лотоса Вишну

Изойдя, [грех] тотчас же принял облик асуры по имени Кола. (5)

Тот могучий дайтья-злодей все забрал себе.

Великий асура, одержав победу над Индрой и всеми прочими богами,

Присвоил себе обитель Вишну и лотос-сиденье Брахмы. (6)

Тогда все боги, начиная с Вишну, явившись к вечной Кали,

С преданностью ей вознесли хвалу, «Спаси, спаси [нас]!» восклицая. (7)

Благословенная Кали сказала:

Теперь, о Вишну дорогой, Колу вместе с родичами жизни я лишу,

В облике Девы наведавшись в его город. (8)

Владыка сказал:

Выслушав ее слова, Брахма, Вишну и остальные боги,

Погрузившись в океан блаженства, пустились в пляс, как павлины при виде тучи. (9)

Затем богиня Кали с разинутой пастью приняла облик девицы-брахманки

И, наведавшись в Колапуру в присутствие Коласуры,

Та Дева быка средь дайтьев о пище попросила. (10)

Кали сказала:

Нет у меня ни матери, ни отца, и неоткуда ждать поддержки.

Я голодна, о великий царь, дай покушать мне! (11)

Тогда асура Кола, о Богиня, ослепленный майей,

Из милосердия взяв ее за руку, вошел в покои внутри своего дворца. (12)

Он молвил: «Я дам тебе еды сколько пожелаешь.

Сюда садись, о дева, на трон из самоцветов». (13)

Сказав эти слова, он преподнес ей пищу разнообразных видов.

Все, съев, о Богиня, она попросила: «Дай еще!» (14)

Он снова еще больше дал, и она сама все проглотила.

«Я не насытилась», – говорящей, великий асура ей отвечал: (15)

«Ешь, о девочка, пока не будешь сытой!»

Услышав сказанное им, Кали в облике девицы (16)

Казну, лошадей, слонов и колесницы, войско и родичей

И самого могучего Колу в мгновенье сожрала. (17)

Как Каларудра во время светопреставленья в миг [разрушает] троемирье,

Так и Кали город Колы сделала безлюдным, о Благая. (18)

Видя, что асуры погибли, боги с Вишну во главе

Непрерывно проливали цветочный дождь и танцевали. (19)

Боги, гандхарвы и киннары пели радостные песни

Вместе с видьядхари, киннари и супругами богов. (20)

[Подношением] цветов из рощи Нандана они Деву почитали,

И все существа изо дня в день стали ей поклоняться. (21)

Затем Дева-брахманка исчезла, о Богиня,

Итак, я поведал об убиении Коласуры. (22)

От [действия] неодолимого брахманского проклятья даже беглец не спасется.

Знай, о красавица, что слово брахмана подобно ваджре. (23)

Будь ли он невежда иль обладатель знанья, брахман пусть будет равно почитаем,

Если брахман доволен, о Деви, то и мы, боги, довольны, (24)

А если брахман недоволен, то недовольны и мы. (25)

Если сотню недостойных деяний, о Богиня, брахман совершает,

Тем не менее, желая себе блага, не следует этого [брахмана] изгонять (26)

И выказывать ему пренебреженье, о первая средь богов.

В брахмане воплощены все боги, и подобен он сиянию освобожденья. (27)

Кали, не ведающая рожденья, приняла облик Девы,

И с тех пор, о Владычица богов, Дева почитается богами. (28)

Брахма, Вишну и Махешвара поклоняются Деве,

И чтут её все прочие обитатели мира. (29)

О красавица, я не в силах описать плод поклоненья Деве

Даже тысячью мириадов языков и сотнями мириадов уст. (30)

Поэтому следует чтить дев, происходящих из всех каст,

И не делать различия между кастами в поклоненье девам, о Благая. (31)

Проводящий различье между кастами, о Махешани, не освобождается из ада,

И будет грешником тот, кого сомненья посещают. (32)

Вот почему, думая [о деве] как о богине, следует с великой преданностью ей поклоняться,

Природу всех видий имеет дева, и в этом нет сомненья. (33)

Когда одна почитаема дева, все будут почитаемы кругом.

Если благодаря своей счастливой доле рожденную в семье блудницы (34)

Деву он заполучает, о дорогая, то пусть даже всем своим имуществом садхака

Усердно чтит её, с радостью злато, серебро и прочее преподнося. (35)

Тогда он великие сиддхи обретает, и в этом нет сомненья.

Кто великими сиддхи владеет, тот Благословенный Садашива. (36)

Признаки его я опишу, о сладкоречивая, слушай же о них.

Тело его, о Махешани, становится золотым,

Будучи наделен всеми сиддхи, он наслаждается, бхайраве подобно. (37)

Он странствует на небесах, по земле и в нижнем мире,

И все, чтоб он не пожелал, становится его тотчас же. (38)

Обретя способность пребывать во множестве тел, он становится вездесущим.

Повсюду неуязвимый, он равен Пурандаре, о Благая. (39)

Женщины богов, данавов, гандхарвов, нагов и киннаров,

Видьядхари и царские жены днем и ночью наслаждаются с ним любовью, (40)

А после смерти он обретает высочайшее успокоенье.

Во время почитания дев садхака исполняется природы Шивы. (41)

Где почитается дева, то место очищает землю,

На пять крош кругом распространяя высочайшую святость. (42)

Где, о Высшая владычица, совершают поклоненье девам,

Там великое сиянье землю Бхараты озаряет. (43)

Царь Вишамбхара из рода Чайтра

Совершал поклоненье деве, происходящей из семьи блудницы,

Отмеченной всеми благими признаками, чернотелой, по имени Каньчи. (44)

Во время пуджи, о Великая богиня, Каньчи сияньем заблистала,

И покрытый оболочкой её света, царь освобождения достиг. (45)

Пуджа светозарной Каньчи не было до конца доведена,

Но, став вечной, она отныне в том месте принимает поклоненье. (46)

Город по названию Каньчи возник в том изобильном месте,

Известно, что тот святой город дарует освобожденье на расстоянии пяти крош. (47)

Какими бы домашними хлопотами в нем не занимались,

Все то является почитаньем [девы], чудо это, о Дочерь гор. (48)

Отсюда город Каньчи, о Богиня, равен по святости Варанаси.

Таким образом была почитаема дева Кампильей, великим духом. (49)

О прекрасноликая, прежде в городе Кампилье она появилась на свет,

И до сих пор, зримая в каменном образе, там пребывает. (50)

Это наисвятейшее место, где сосредоточены все тиртхи

И все жертвоприношенья, о Богиня, окруженное великими провидцами, (51)

Полное всяческих чудес, в Кампилье, городе прекрасном.

Те, кто живет, о Великая богиня, в святом граде Кампилья, (52)

В этом мире насладившись изысканными удовольствиями,

дарующими несказанное удовлетворенье,

Удачливые во всех делах, милостью Богини,

Пройдя через мир Вишну, достигают обители её. (53)

Если кто влеком страстью, то пусть отправляется на Вайкунтху

Или в мой мир, о Махешани, и пусть ступает в мой дворец из самоцветов. (54)

Итак, тебе мною рассказано о деяньях Девы, о Благая,

Есть ли мне еще, о чем поведать, о Махамайя? (55)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать четыре тысячи стихов, заканчивается семнадцатая глава.

Глава восемнадцатая

Благословенная Богиня сказала:

О древних деяниях Девы услышала я, о которых боги мечтают.

Теперь я желаю услышать о свершениях Кахолы. (1)

Поведай [мне о них], о Великий бог, из состраданья,

На благо всех существ и сердцу йогинов на пользу. (2)

Владыка сказал:

[Кахола], знающий суть вед, веданты, веданг и всех наук,

Властитель всех йогинов, очистившийся в тиртхах, чуждый любых грехов, (3)

Первый средь провидцев, обладатель всех видий, всех мантр и сиддхи,

Землю обходил кругом, лучший среди муни. (4)

Великая забота стала тяготить его, и сердце исполнилось горького волненья,

Хоть прежде словно тысяча солнц блистал он, о Благая. (5)

Будучи подобен светочу, он жил с тревогою в душе,

И тогда великий провидец услышал глас с небес: (6)

«О Кахола, ступай к Шанкаре, приносящему благо божествам.

Он наставник всех существ, все он сделает для тебя». (7)

Услышав этот небесный глас и погрузившись в высшее блаженство,

Кахола явился и поведал мне обо всем, что произошло. (8)

Тогда Кали-видью, высшую калу, дал ему,

Состоящую из шестнадцати слогов, вместилище всей мудрости,

чья природа – сознание, благую, (9)

Дал ему высшую ачару, одобренных в агамах благословенных,

И слово обратил к нему: «Слушай, о Кахола, о сынок! (10)

Ступай и с этой ачарой, обнаженную Кали

Созерцая, почитай её, устранительницу всякого незнанья, (11)

И твои рассеются сомненья», о Бхуванешвари.

Получив такое наставленье, провидец Кахола, сведущий в Ведах,

В Каши придя, Кали совершал поклоненье с радостью, пяти ачар владетель. (12)

После этого все сомненья и преграды прочь убегали

От того провидца Кахолы, многомудрого вед воплощенья. (13)

Тогда Великая Кали сжалилась над тем провидцем,

И также лучший средь провидцев Кахола, исполненный состраданья, (14)

В себе узрел воплощение Кали, вечного Высшего духа,

Благодаря знанию свободного от майи, единственного в своем роде, о Благая. (15)

От всех заблуждений избавился тот лучший средь провидцев.

[Зная], что весь мир с движущимся и неподвижным Брахман имеет своею основой, (16)

Тело и что-либо еще за Атман не принимал он никогда.

Благодаря этому знанию Брахмана деянья, совершенные телом и прочим,

В прах обратились, о Махешани, у того провидца, великого духом. (17)

Провидец Кахола, милостью Махакали уподобившийся Высшему духу,

Блистал, даже занятый любыми деяньями, чуждыми закону. (18)

Так Махакали, чтимая провидцем Кахолой,

Даровала тому провидцу слияние с собственным телом. (19)

Садхака, какой бы природой он не обладал, пусть чтит [богиню] Кали

И вскоре милостью Махакали достигнет того [состоянья]. (20)

Благословенная Богиня сказала:

Итак, услышала я о древних деяньях Кахолы, вызывающих удивленье

У богов, асур, Индр средь мудрецов и святых провидцев. (21)

Теперь я желаю услышать о Ганге, очищающей троемирье.

Какую видью обретя, она стала такой, об этом мне скажи, о господин! (22)

Владыка сказал:

Слушай, о Богиня, я поведаю тебе то, о чем ты вопрошаешь,

Благодаря слушанию [этого преданья] все грехи исчезают, и не иначе. (23)

Вначале я возглашу мантру, именуемую очищающей три мира,

[Мантру] Великой богини, Махакали, данную Махадевой. (24)

Собственная биджа, затем имя в звательном падеже два раза,

Затем собственная биджа, такова видья, приносящая славу. (25)

Эту мантру почитая, Ганга, очищающая троемирье,

Пребывая в моих косицах, повторяла ее денно и нощно. (26)

Поэтому та Ганга стала очищающей и приносящей освобожденье всем существам

Мощью совершенной мантры, возвеличенная пылом Кали. (27)

Она очищающей и приносящей освобожденье стала, о Вечноблагая.

Отныне во всех тиртхах та видья чтится. (28)

Величание Ганги я возвещу, о Сурешвари,

Благодаря поминанию лишь имени которой грешники освобожденья достигают. (29)

Кто произносит слова: «О Ганга, Ганга!», пусть он средь грешников грешник,

Все прегрешения, отринув, отправляется в обитель Вишну. (30)

Какие бы грехи не были названы, о Махешвари,

Искупленные иль оставленные без искупленья, (31)

Все они исчезают в соприкосновении с водою Ганги.

Все, что в городе иль вне его приближается к водам Ганги, (32)

Все то становится Гангой благодаря величанию мантры, о Благая. (33)

В каком месте протекает Ганга, то место святости полно, (34)

На две йоджаны оно распространяет очищенье,

И там, в Ганге обряды совершаются, без сомненья. (35)

Совершаемое в [водах] Ганги, о Богиня, приносит непреходящий плод,

С частями или без частей, о Возлюбленная Шамбху. (36)

Все существа, обитающие там, снизошли из мира богов,

Насладившись разнообразными удовольствиями и свершив добрые деянья,

Легко они обретают положенье, которое трудно достигнуть, (37)

Где никто не ведает скорби, о Восхваляемая сонмами божественных провидцев.

Кто расстается с жизнью в [водах] Ганги, зная об их святой природе, (38)

Тот достигает освобожденья, а не зная – лишь Вайкунтхи.

Небожители и прочие, о Махешани, [водами] Ганги очищаются от прегрешений. (39)

Кто расстается с жизнью, направляясь к Ганге,

Пусть даже он грешник, отправляется в мир Вишну достославный. (40)

Кто на ее береге испускает дух, достойным образом или нет,

Тот обретает небеса, где все блага пребывают. (41)

Пока кости умершего покоятся в [водах] Ганги,

До тех пор тысячелетьями он величается в небесном мире. (42)

Усопший где-либо в соприкосновении с водами Ганги,

Очистившись от всех грехов, величается в Вайкунтхе (43)

Человек, который на берегу Ганги на участке в четыре локтя с вниманием преподносит клецки,

Избавив своих предков [от ада], обретается в мире Вишну. (44)

У добродетельного человека, который в [водах] Ганги тарпану совершает, о Богиня,

Поистине, великого удовлетворенья на сотню лет достигают предки, (45)

Боги и провидцы, так известно.

Если днем или ночью, в сумерках или глубокой ночью (46)

Омовение, раздачу даров, подвижничество, хому, тарпану и пуджу, о Благая,

Все это совершает в Ганге, то пусть различья во времени не принимает во вниманье. (47)

Если он перестает [совершать] обряды, принимая во времени различья, о Благая,

То в следующей жизни пусть станет деревом в лесу, (48)

Которое погибнет в пламени лесного пожара иль по другой причине.

А после этого, о Высшая владычица, вечно страдающим чандалой (49)

В течение семи жизней он будет рождаться, а после прачкой

В течение трех жизней, о Махешани, а затем из лона шудр (50)

Десять раз он появится на свет, и лишь после этого вайшьей

И после брахманом родится и будет шествовать добродетелей стезею. (51)

Кто крадет что-либо в [водах] Ганги, о Парамешвари,

Тот не выйдет из [ада] Раурава, наполненного слепой тьмой заблужденья, (52)

Вплоть до светопреставленья, так сказано тебе, о Владычица богов.

Человек, принимающий дары на берегу Ганги или в её водах,

Десять раз, о красавица, рождается собакоедом, (53)

А затем в образе нищего бродит по земле

На протяженье семи жизней, о Великая богиня, и лишь после этого свой грех искупает. (54)

Итак, я дал тебе мантру и поведал о величье Ганги,

Источником ее величия Калика выступает, о Махешани. (55)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать четыре тысячи стихов, заканчивается восемнадцатая глава.

Глава девятнадцатая

Благословенная Богиня сказала:

О Боже, о источник высшего блаженства, о состраданья океан.

Упавших в великое, бескрайнее море ужасной круговерти перерождений

Кто, кроме тебя, спасёт, в этом безграничном мире? (1)

Оттого, что ты наставник всех существ, включая Брахму и прочих [богов],

Я вопрошаю тебя, о господин, скажи из состраданья! (2)

Всё, что из твоих уст-лотосов изошло, я выслушала, о Владыка мира,

Теперь же я желаю услышать о том, что мне пришло на ум. (3)

Какой предавшись видье, сам Карала-бхайрава

Стал Кродхавактра-бхайравой, внушающим ужас всем существам, (4)

От которого бегут прочь боги, асуры и прочие, терзаемые страхом,

Оставив свои богатства, туда и сюда метаясь. (5)

О той видье услышать я желаю, скажи,

О господин, в стороны света облачённый. (6)

Владыка сказал:

Она – великая видья, очень таинственная, таинственнее тайны,

Вплоть до истечения всего жизненного срока

Брахмы, Вишну, Шивы и иных [богов] (7)

Я описать не в силах ту видью, о Парамешвари,

Да будет известно лишь имя её, о Кулабхайрави! (8)

Та, которая есть красавица, преподносящая дары, о Высшая владычица,

Царица знания, Гхоракали, Анируддха-Сарасвати, (9)

Ту принял махавидью бхайрава Адинатха.

Из благословенных уст святого наставника, бхайравы Махакалы (10)

Едва приняв, свой ум Карала-бхайрава, о благая, полностью очистил

И освободился от круговерти перерождений, Брахмой и прочими богами чтимый. (11)

Прежде на горе Удая он суровое подвижничество вершил,

Стоя вверх ногами миллион лет, о Богиня, (12)

А затем в Гималаях сто тысяч лет, сто тысяч лет на горе Мандара,

Столь же в Канакашраме и в Уддияне двести тысяч лет, (13)

Два миллиона пятьсот тысяч лет на Джаландхаре, о Благая,

И по столько же на Пуньяшайле (14)

И в мандале лона Камакхьи.

Таким образом суровое, необыкновенное подвижничество мириады лет вершил (15)

Карала-бхайрава с огромным напряженьем, о Богиня.

Тем не менее им Кали, Капалини, не была довольна. (16)

Затем бхайрава к своему наставнику отправился, о Богиня,

И поведал ему историю подвижничества, о Благая. (17)

Выслушав [это], почтенный Адинатха, Махакала, Махешвара,

Мой господин, в размышление, о Высшая владычица, погрузился: (18)

«Без высшей ачары не бывает сиддхи,

Как же мне тебе вкратце о высшей ачаре рассказать? (19)

Та высшая ачара в сердце Кали пребывает,

Наитаинственнейшая и недоступная для Брахмы и иных [богов], (20)

Воочию дарующая высшее освобожденье и все сиддхи,

Зримое воочию семя Кали, что мне принадлежит. (21)

Едва услышав всё изречённое, становится равным Шиве

Умиротворённый великий йогин, и он это усердно сохраняет в тайне. (22)

Ради ачары своё положенье вручил Каларудре,

Принадлежащее мне и сохраняемое в тайне.

Оберегая его, пусть высшей ачаре следует (23)

И благодаря святой ачаре знание истины [обретает] многомудрый.

Пусть становится он владыкою всех [существ], всеми чтимым Садашивой,

Нетленным и бессмертным, умиротворённым Парамешварой. (24)

Видя его постоянно следующим святой ачаре и умиротворённым,

Моё наставническое положение я ему передаю (25)

И в его теле с радостью пребываю непрерывно

На лотосе сахасрары. (26)

Обретая моё положенье Шивы, всегда я пребываю,

Я Шива, я Шива, я Шива, и нет нигде различий. (27)

Отсюда Шива наставник для Брахмы, Вишну, Шивы и прочих [богов].

Умиротворённый великий йогин пригоден к ачаре, (28)

И никто иной никогда не пригоден к ачаре святой.

Только благодаря состраданью Шивы садхака годен, (29)

И способна богиня Дочь гор, и никто иной никогда.

Карала-бхайрава [этот] пугающ нравом и страшен делами, (30)

Каким образом я буду в силах сохранить высшую ачару?

Ачара эта заключается в том, чтобы я Калику почитал. (31)

Когда смогу я передать высокочтимую Царицу знанья?

Милую сердцу Калики высшую ачару я не способен передать». (32)

Так поразмыслив, Адинатха Карале-бхайраве

Повелел: «О сын, к Трёхокому ступай! (33)

Туда, где, взобравшись на Шиву, находится Богиня, исполненная состраданья».

Затем тот бхайрава к матери Калике направил стопы, (34)

Оставив полностью подвижничество и размышляя про себя:

«Сколько б не вершил я джапу и аскезу, всё это напрасным оказалось. (35)

Из-за моей несчастной доли бесплодно учителя наставленье.

Поэтому я оставлю тело и ни слова не произнесу». (36)

Дав такое обещанье, он вознамерился оставить тело,

И тогда прозвучал удивительный небесный глас: (37)

«Слушай же, о бхайрава, великий участью и великий духом,

Я повеленье тебе дам, а ты внимай смиренно! (38)

Бесплодным оказалось твоего учителя наставленье, о лучший среди бхайрав,

Поскольку подвижничество ты вершил, не [следуя] ачаре,

лишь знанием Высшего духа обладая. (39)

Как могу тебе даровать я сиддхи или лицезрение себя?

Возвращайся к Махакала-бхайраве, разрушителю мирского бытия, (40)

Адинатху, наставнику твоему, и о случившемся сообщи,

И он непременно великую ачару тебе передаст. (41)

[Следуя] этой ачаре, боже, мне поклоненье совершай!

И скоро я преподнесу то, что в сердце у тебя сокрыто. (42)

Великую мантру Кали и Тары

Кто без кулачары повторяет, тот обречён на ад. (43)

Как сможет обрести он сиддхи? Далеко от него освобожденье!» (44)

Так, получив наставленье Великой Кали, лучший среди бхайрав

Возвратился к Шринатхе, Адинатхе, могущественному (45)

Махакале, Махадеве, имеющему природу пустоты наставнику вселенной

И передал ему сказанное ею. (46)

«Матерь Махакали милостива к Карале-бхайраве ныне», –

Так решив, возликовал наставник, имеющий природу пустоты. (47)

Тогда, как предписано, Карале-бхайраве он передал (48)

Высшую сокровенную кулачару, что в Кали-тантре возвещена. (48)

Махакала, Джаганнатха провёл над ним абхишеку, (49)

В соответствии с правилами абхишеки шактов и также полной абхишеки

И дал Карале имя «Кродхавактра». (50)

Поведав ему о дивья-бхаве и вира-бхаве,

Вино, рыбу, поджаренные зёрна и сосуд, наполненный водой из йони-питхи,

Ему передал Махакала, наставник, имеющий природу пустоты. (51)

Тогда засиял весь мир с движущимся и неподвижным,

Кродхавактра же склонился перед стопами-лотосами Благословенной Махакали. (52)

И стопы наставника, о Богиня, в памяти держа,

По повеленью гуру, исполненный любви, эту воду принял. (53)

Он, мудрый, блистательный, исполненный высшего блаженства,

В океан блаженства погружённый Кродха-царь, о Богиня, (54)

Перед стопами Шакти и перед стопами наставника склоняясь, о Махешани,

С высшей преданностью ему стал возносить хвалу, в пучине

круговерти перерождений находясь. (55)

Кродхавактра-бхайрава сказал:

Я склоняюсь перед наставником, древом желаний богов,

натхом, великим нисхождением в образе сознанья и блаженства,

Вечным распознаванием, обладающим бесконечным количеством образов,

выше высшего, Брахмы и Шивы имеющим природу. (56)

Вместилищем мира, изначальным корнем вселенной, непознанным,

единым, пребывающем в союзе с Высшим духом,

Исполненным сиянья, чья суть – неделимая истина, воздерживающимся

от деяний, высшим, незапятнанным, (57)

Чуждым ложному миру, обладающим полной природой,

не имеющим ни начала, ни конца, выше пракрити пребывающим,

Лишённым образа, явной истиной, милосердным нисхожденьем,

имеющим природу пустоты, (58)

Семенем прекращенья безначальной круговерти перерождений,

высшим очистителем, наставником, для органов чувств недоступным,

Зовущимся Шивой, чьё одно лишь имя служит мантрой,

имеющим природу озаренья, я склоняюсь, перед вечным. (59)

Меньше малого, больше великого – [таким] зрят тебя все ведающие начало,

Чьё зренье возникло из знания, он вошёл в тебя, о Кродха. (60)

Челн, [переправляющий] через океан бессмысленной

круговерти перерождений, я почитаю, изначального, древнего Мужа.

Ты – семя истины Кали, перед твоими стопами-лотосами я склоняюсь. (61)

Садхака, который с преданностью этим гимном будет восхвалять тебя

Утром, в полдень и вечером, даруй освобождение тому! (62)

Махакала-бхайрава сказал:

Этим твоим гимном я доволен, о сынок.

Ступай скорее в йони-питху, на вершине Богини прибежище найдя. (63)

Поклоняйся Кали, предавшись обществу блудниц на пути кулачары.

«Когда я замечаю виру-садхаку среди общества блудниц,

Скоро его становятся желанные сиддхи, без сомненья».

Так речет Кали, поэтому предайся обществу блудниц. (64–65)

В мантрачаре нет нигде порока,

Поэтому, оставив колебанья, предайся куладхарме. (66)

Сомненьям будь чужд, иначе исчезнут сиддхи,

Если уже ум чист, тогда и сиддхи рядом. (67)

Владыка сказал:

Затем, поклонившись Махакали и наставнику многократно

И достигнув йони-питхи, он поселился на вершине Деви. (68)

С Урваши, Менакой, Рамбхой, Панчачудой и Тилоттамой,

С пятью блудницами наслаждаясь, он следовал кулачаре.

Очищенную верой маха-видью повторял Кродха-царь, (69)

Царицу знания, Гхоракали, Анируддха-Сарасвати,

Сто восемь раз, и к нему воочию явилась (70)

Кали, вечная и блистательная, с зияющей пастью,

Сияньем озаряя мирозданье, (71)

Увидев этот великий свет, бхайрава задрожал от страха.

Беспомощный, он лишился чувств и рухнул с горы на землю. (72)

Тогда Кали, Матерь мира, состраданья океан,

Успокоив того Кродху, молвила слова, подобные амрите. (73)

Владыка сказал:

Поднявшись, Бхайрава с волосками, вставшими на теле, Богине

С великой преданностью возносил хвалу разнообразно,

Снова и снова поклоны совершая, а после к Кали обратил речь. (74)

Кродхавактра сказал:

Высший Брахман, Высшее положенье, Высшая душа, вечная,

Об исполнении своего желанья я просил, о всегда наполняющая моё сердце! (75)

Благословенная Кали сказала:

Для Брахмы, Вишну и прочих [богов], живущих внутри мирозданья,

Ты всегда усмирителем будь, о лучший среди бхайрав! (76)

Кто, следуя кулачаре, меня, о сынок, почитает,

Тот становится сыном моим, истина, истина, и без сомненья. (77)

Прими же лик, наводящий ужас на мир, тебе такой я дарую,

Лик в образе Времени, усмиряющий все [существа]. (78)

Владыка сказал:

Ему этот лик преподнеся, умиротворения достигла Благая

Махакали, бхайрава же стал Держателем ваджры. (79)

Так Кродхавактра обрёл грозную природу

Держателя ваджры, зовущегося Владыкой, милостью Махакали. (80)

Итак, поведанное мною в первой половине Шри-Йогини-тантры

Следует беречь, о дорогая, словно собственное лоно от постороннего мужчины. (81)

Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать четыре тысячи стихов, заканчивается девятнадцатая глава.

Пер. с санскрита, предисловие и комментарий А. А. Игнатьева

Калининград, 2017